Варвар отодвинув последнюю тарелку, заполненную обглоданными костями, и громко стукнув кружкой о стол, промолвил:
— Они, уже должны были понять, что их убийцы не вернуться.
— И что из этого?
— Начнут рыскать. Тебе надо бы скрыться.
— Зачем? Ты же прямо сейчас отправишься крушить, обезглавишь их церковь, культисты, что не успеют погибнуть в битве с тобой, расползутся по норам.
— Справедливо.
— Ну, удачи с твоей местью.
— Куда направишься?
— К старому другу.
— У тебя есть друзья?
— Надеюсь.
— Хочешь, я заставлю этот город тебя почитать. Сможешь остаться тут.
— И когда, ты уйдешь, рано или поздно, придёт тиран и, разрушив город, возьмёт меня в плен.
— А в пути, тебя никто разве в плен не захватит?
— По крайней мере, тогда не пострадают жители.
— А мне этот город и его жителей не жалко.
— Отчего же? Тебе никого не жалко?
— Они поклонялись чудищу. И приносили жертвы. Их государство процветало, а соседи страдали под гнётом.
— А твой народ не грабил соседей?
— Следи за словами, женщина! — Варвар, со злостью, ударил кулаком о стол так, что тарелки загремели, а Ирда, вздрогнула от неожиданности. — Не смей сравнивать!
После некоторой паузы, воин, встал из-за стола и, не оборачиваясь, направился проч. Ирде не впервой было оставаться одной, и её это не пугало.
Скоро в городе должна была начаться паника, и её следовало переждать в укромном месте. На постой оставаться было нельзя, и потому по плотнее натянув капюшон, и замотав лицо платком, она стала возвращаться к городским воротам.
Слившись с толпой, она стала присматривать подходящий караван. Перво-наперво ей следовало отправиться на север. С севера ехала пушнина, а на север специи и ткани. Увидев обоз с подходящим ассортиментом, девушка подошла к высокому чернокожему караванщику в дорогом халате и, продемонстрировав ранее снятый с неудавшегося убийцы медальон, представилась жрицей, и попросила сопровождение и защиту на её миссионерском пути.
Тот, конечно же, согласился, а получив от девушки небольшой аванс, так и вовсе прикрикнул своим соплеменникам, на не знакомом ей языке, после чего в одном из обозов ей устроили небольшой уголок, на расшитом коврике.
Ирде, со своими новыми спутниками посчастливилось покинуть город до того, как деяния Бора, дали о себе знать. Делая вид, что молится, девушка, зажав в руках медальон и склонив голову, позволила себе задремать в мерно качающейся по степным дорогам повозке.
«Она, снова вернулась в то прекрасное время во дворце Аль-Шаади. Новый Султан правил с улыбкой на губах. В каждом его приказе, распоряжении, указании была некая ирония или витиеватая шутка. Но, Ирда видела блеск ума в его глазах. Каждое его повеление было исполнено мудрости.
Первым делом он направил все войска, чтобы истребить бандитов предыдущего тирана. Шпионы молодого правителя извели всех убийц и чернокнижников, что некогда помогали бывшему узурпатору. Когда же в его стране высоких башен и крутых куполов не осталось и следа от заразы предыдущей власти, он направил послов ко всем соседям, чтобы избавиться от недомолвок и обид, которые те могли затаить на его страну, после Чёрного Шакала.
И вскоре начались переговоры. Прошлый владыка наводил ужас на все окрестности Саллихинских пустынь, причинив много бед. И многие соседи пытались воспользоваться милостью нового монарха, требуя, то передачи земель, то выгоды в торговли, а то и баснословных сумм золота. Некоторые переговоры приводили к весьма жарким спорам, но улыбка никогда не сходила с лица Султана, и из каждых прений он вышел победителем, так или иначе, восстановив мир со всеми соседями. И однажды, сама императрица Нитта, из страны величественных гробниц, лично в окружении своей свиты и чернокожих наёмников почтила дворец и своим присутствием.
Ирда в роли служанки одетой в легкие, перекрученные между собой полосы голубой ткани, присутствовала на всех его собраниях посвященных делам государства. Это время, она тратила, не на негу и дворцовую роскошь. Она жадно впитывала знания.