— Черт, и я нет. Просто они мне показались знакомыми. — Я задумчиво уставилась в потолок. — В смысле без лиц, конечно, телосложением. Зуб даю, где-то я их видела.
Открылась дверь, и в квартиру провальсировала Куки со своей двенадцатилетней дочерью Эмбер на хвосте.
— Если выяснишь, кто они, дай знать, лады?
— Ага.
Куки рассеянно махнула дяде Бобу, едва замечая, что он в комнате. Зато он ее еще как заметил. И пульс, и уровень заинтересованности у него резко подскочили. Либо он по-прежнему без ума от Куки, либо у него сердечный приступ. Я бы проголосовала за первый вариант.
— Здравствуй, Роберт, — поздоровалась она и свалила охапку каких-то продуктов на стойку. — Я собираюсь опробовать кое-что из этих штуковин, пока мы не отослали все обратно. Кто знает, вдруг я потом буду поражаться, как всю жизнь без них жила.
— А что это вообще такое? — спросил он, кивнув на коробки.
Пришел черед Эмбер.
— Привет, дядя Боб, — сказала она и быстренько его обняла. — Все это — способ Чарли справиться с чувством незащищенности и беспомощности. В печальной попытке снова стать хозяйкой своей жизни, она впала в режим накопительства.
— Бога ради, — возразила я, прожигая взглядом дыру в Куки, — ничего я не накопительствую.
— Не смотри на меня, — сказала она, тыча пальцем в плод чрева своего.
— Нам в школе показывали документальный фильм, — заявила Эмбер. — Я многому научилась.
— Сама вижу. Но чтоб ты знала, я вовсе не пытаюсь стать хозяйкой… своей накопительской… печальной… беспомощности.
— Да неужели? — Ее глаза с вызовом сощурились.
— Ужели, — в тон ответила я, стараясь не улыбаться.
— Почему тогда повсюду таскаешь с собой пистолет?
— Почему все третируют Маргарет?
Эмбер подняла одну бровь:
— Потому что раньше ты никогда не носила с собой оружия.
— Раньше меня никогда не подвергали пыткам.
— Об этом я и говорю, — подытожила она, но выражение ее лица смягчилось. Зря я, наверное, упомянула об этом. Думаю, тот факт, что меня пытали меньше чем в пятнадцати метрах от нее, заставил ее немало понервничать. А может, и кошмарами наградил. — Прости, что я так грубо все это на тебя вывалила, — добавила она.
Куки положила руку ей на плечо.
— Нет, — я подошла к Эмбер и взяла ее за симпатичный подбородок, — это я прошу прощения за то, что произошло, Эмбер. Мне очень, очень жаль, что ты тогда была так близко.
Я никогда ей не говорила, что она провела в одной комнате с психопатом бог знает сколько времени, пока не появилась я. Куки я об этом тоже не рассказывала, а у меня никогда не было от нее секретов. Но я представить не могла, как она отреагирует, если узнает, что мои беды коснулись ее жизни. Ее дочь чуть не убили. И саму Куки, кстати, тоже. Я просто не знала, как ей рассказать.
— Мне жаль, что я не оказалась еще ближе, — пылко проговорила Эмбер. — Я бы его за тебя убила, Чарли.
Я обняла ее, изящную и тоненькую, как тростинку. В Эмбер было больше костей, чем плоти.
— Я знаю. Ни секунды в этом не сомневаюсь.
— Я не вовремя?
Я подняла глаза на стук и увидела, как в квартиру входит моя сестра Джемма. У нее длинные светлые волосы и большие голубые глаза. Расти с ней было сущим наказанием, потому что то и дело меня спрашивали: «Почему ты не такая симпатичная, как твоя сестра?». Не то чтобы я затаила обиду, но факт остается фактом.
В детстве мы с ней не были особенно близки. Она утверждала, что наша мачеха вовсе не инопланетное чудище, посланное на Землю властями крошечной колонии с седьмого кольца Сатурна. А это убивало на корню возможность возникновения между нами любой связи, в том числе сестринской. Зато теперь Джемма психиатр, и мы можем говорить о том, что наша мачеха — инопланетное чудище из крошечного поселения где-то на седьмом кольце Сатурна, как два взрослых человека. Хотя она по-прежнему мне не верит.