— Согласна, зато адреналин так и рвется с цепи.
Рейес раздвинул мне ноги.
— И не только он.
Через час мы лежали на коврике в ванной, подложив под головы полотенца. Я пялилась в потолок, потому что была совершенно ошеломлена. По нескольким причинам. Во-первых, я понятия не имела, сколько разных применений можно придумать для обыкновенного душевого распылителя. Во-вторых, выносливость Рейеса — это нечто шедевральное. В-третьих, я начинала чувствовать его на более глубоком уровне. Так же, как я чувствую его эмоции и эмоции других людей, я внезапно стала чувствовать малейшие признаки его физических реакций на разные стимулы. Я чувствовала, какое удовольствие он испытывает, когда я ласкаю его кожу. Чувствовала, как внутри него нарастало наслаждение, как оно взорвалось ослепительной вспышкой, когда Рейеса настиг оргазм, перетекший в меня пронизывающим, сверхъестественным трепетом. Никогда в жизни ничего подобного со мной не было.
— Ты как? — спросил Рейес, глядя на меня из-под руки, прикрывавшей лоб.
— Лучше не бывает.
Он взял меня за подбородок и повернул к себе лицом.
— Серьезно, как ты?
— В смысле?
Меня только что прокатили на американских горках с турбодвигателем, и я выжила, чтобы рассказать об этом потомкам. Разве можно после такого чувствовать себя плохо?
— Как бы мне ни хотелось верить в обратное, ты пришла сюда не за этим, — он кивком указал на последствия наших бесчинств.
Его серьезность меня удивила.
— У меня было несколько вопросов. Но я не ожидала, что ты будешь в настроении заниматься трогательной и чувствительной ерундой.
Рейес коснулся пальцем моих губ.
— Все зависит от того, кого я трогаю и чувствую.
— А-а, ну ясно. В общем, буду откровенной. Все это к делу не относится, — я тоже указала на следы наших бесчинств, правда, только взглядом.
— Неужели?
— Ужели. На днях я получила письмо по электронке. Посол в Нигерии пишет, что я унаследовала миллион от нигерийского дядюшки. Посол хранит денежки у себя, пока не сможет передать мне. Я должна всего лишь сделать на его имя денежный перевод на две с половиной тысячи, и миллион мой.
— Проще простого.
— Я понятия не имела, что у меня есть дядя в Нигерии. Судя по всему, теперь твой дурацкий миллион мне и не нужен вовсе.
— Похоже, хороший парень этот твой посол.
— Вот и я о том же. Надо послать ему в знак благодарности головку сыра.
— Но я проиграл пари, — продолжил Рейес. — Теперь я должен тебе два миллиона.
— И то правда. Чуть не забыла. А можно мне получить деньги мелкими купюрами с непоследовательными серийными номерами? Видишь ли, время от времени я люблю заглянуть в стриптиз-клуб.
Он ухмыльнулся, а потом снова посерьезнел.
— Не хочешь рассказать, что тебя беспокоит?
— Меня что-то беспокоит? Надо же, я и не знала.
— Твой бойфренд.
Я удивленно глянула в сторону душа.
— Джордж? Это всего лишь мимолетное увлечение, Рейес. Ничего серьезного.