Слава богу, сама лечебница все еще стояла на прежнем месте. Однако ключ от главных ворот, которым мне до сих пор так и не представилось шанса воспользоваться, оказался бесполезным. Вместо старого забора из рабицы вокруг лечебницы теперь стоял новый — тоже из рабицы. Он сверкал в солнечном свете и окружал не только психушку, но и весь квартал. Как правило, это не стало бы для меня проблемой. Если кто-то сменил замок, я могла бы просто-напросто перебраться через забор и прошмыгнуть в окошко, ведущее в подвал. Но этот новенький сияющий забор с надежно установленными опорами и тугим плетением венчала колючая проволока. Колючая проволока! Чьих, блин, рук это дело?
Сидя в Развалюхе, я пыталась оценить свои шансы перелезть через колючую проволоку и остаться целой и невредимой. Я видела, как такое делали в кино. Мне не хватало только тюремной формы, пары перчаток и нескольких связанных вместе простыней.
Я проехала чуть-чуть вперед и увидела перед дурдомом новую табличку размером с рекламный щит. На ней простыми черно-синими буквами было написано «Частная собственность», а ниже «Владелец — “Ч&Р Индастриз”. Нарушители границ будут преследоваться в судебном порядке».
На вид зловеще. Ну и как мне теперь попасть к Рокету? Придется вернуться вечером и рискнуть пробраться внутрь. Хорошо, что скоро должно было стемнеть. У меня оставалось время перекусить и составить план. Я уже собиралась отъехать от лечебницы, как вдруг до меня дошло: какая-то суперпупербольшая шишка от бизнеса купила эту землю. А как же Рокет? Куда ему деваться, если психбольницу снесут? И куда деваться его сестре? Я бы предложила ему жить у меня, но у него есть привычка вырезать на стенах имена. А мои стены из гипсокартона. Долго они не протянут, и управдом взбесится до потери пульса. Ну или сознания.
Я достала телефон и позвонила Диби. Меня уже начинало доставать, что под рукой нет Куки. Все, никаких ей больше занятий.
— Тот парень опять пытался тебя убить?
— Нет.
— Тогда напоминаю: суббота еще не кончилась, и у меня игра.
— Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня выяснил. Можешь узнать, кто купил здание в центре города?
— Разве этим не должна заниматься твоя помощница?
— Должна, но я отправила ее на занятия по скрытому ношению оружия.
— Зачем? — взвился дядя Боб. — Ей кто-то угрожает?
— Кроме меня?
— Когда она вернется?
— Вечером. А завтра опять поедет на занятия на целый день.
— Ну что ж, мир станет немного безопаснее.
— Так вот, можешь узнать, кто владеет компанией «Ч и Р Индастриз»? Они выкупили старую заброшенную психлечебницу в центре.
— Эту рухлядь? И зачем она им понадобилась?
— Не знаю. Надеялась, что об этом написано на громадных размеров табличке, но там намалевано только «Частная собственность» и уйма угроз заглавными буквами. Которые я, кстати, планирую напрочь проигнорировать сегодня вечером. Мне нужно узнать, собираются ли они снести лечебницу, построить там многоквартирный дом, разбить сад или еще что.
— Ладно, — глубоко вздохнул Диби, — попрошу кого-нибудь покопаться. Но должен спросить: ты вообще в курсе, что управление полиции Альбукерке создано совсем не для того, чтобы искать тебе всякую информацию?
— Правда? Вот ведь странность.
Пока он совсем не закипел, я положила трубку и напоследок взглянула на дурдом. В эту самую секунду в голове сложился план. Мне не нужна тюремная форма — а жаль, потому что мне бы хотелось посмотреть, как она на мне сидит. Меня не удерживали стены. И у меня был доступ к тому, к чему не было у ребят из фильма. Конечно, мне придется сюда вернуться, но как только стемнеет, я снова увижусь с Рокетом. Надеюсь, что выйду оттуда живой. А это вполне можно подвергнуть сомнениям, учитывая, какая веселая банда призраков там собралась. Тем более что к этой банде присоединилась младшая сестра офицера Тафта — Сахарная Слива. Как бы то ни было, я сделала мысленную пометку не забыть спрятать волосы под какой-нибудь шапкой.
По пути домой я получила очередное сообщение от Куки:
Вот и славненько. Если бы мне пришлось обходиться без нее целых два дня, а она бы потратила их впустую, Нони, инструктор, получил бы строгий выговор.