— Так точно, мэм. Мы работали над одним делом.
Убили целую семью, и дядя Боб вызвал меня на место преступления.
— Это была трагедия.
Пирс опустил голову, как будто на него вдруг нахлынули воспоминания, а потом взглянул на Джемму:
— Увидимся на следующей неделе?
— Конечно. На следующей неделе.
Мне показалось, что Джемма нервничает. Неужели он ее напугал?
— И, — сказала она вдогонку Пирсу, который уже подошел к выходу, — подумайте о том, о чем мы говорили.
Он бросил на меня взгляд, будто я услышала нечто, не предназначенное для моих ушей.
— Обязательно, доктор.
После того как он ушел, Джемма проводила меня в свою секретную лабораторию. С максимальным удобством я развалилась на кушетке.
— Кофе хочешь? — спросила Джемма.
— Ты еще спрашиваешь?
— И то правда. — Она пошла к крошечной кухоньке. — Так зачем ты приехала? С доктором Ромеро все в порядке?
— Само собой. — Я выпрямилась и наградила сестру убийственным взглядом. — А что с ней могло случиться?
— В смысле?
Так-так, уклоняется от ответа. Она вручила мне чашку, и я ее взяла, продолжая сверлить Джемму своим фирменным взглядом.
— Что ты ей рассказала?
Она так резко отвернулась, что расплескала кофе.
— Ничего, а что?
— А то, что она, похоже, знает обо мне непростительно много.
Плечи Джеммы напряглись. Когда она снова повернулась ко мне, я как раз отпивала кофе, поэтому мне пришлось смотреть на нее все тем же взглядом поверх чашки и надеяться, что вид у меня не самый глупый на свете.
— Я сказала ей только то, что ей нужно знать, чтобы иметь возможность тебе помочь.
Я отодвинула чашку.
— А именно?
Джемма пожевала губу.
— Я ей сказала, что ты сверхъестественное существо с кое-какими способностями. И что ты можешь ими воспользоваться, чтобы ее отпугнуть. — У меня отвисла челюсть, и сестра поспешила добавить: — Не переживай. О том, что ты ангел смерти, я даже не заикнулась.
— Джемма! — страдальчески прохныкала я. — Теперь-то мне уж точно ее не отпугнуть. Нельзя рассказывать обо мне каждому встречному.
Она села рядом со мной.
— Нет, все прекрасно. У нее связаны руки врачебной тайной. Она никому ничего не скажет.