Несколько секунд мужик молчал и скрипуче дышал мне в затылок. А потом вдруг наклонился вперед и вытворил нечто из ряда вон: укусил меня за мочку уха. Сильно укусил. Как будто ему нравилось причинять людям боль.
Я дернулась, но в ответ рука лишь стиснула меня еще сильнее.
— По-твоему, я торчу в этой дыре, потому что мне так хочется? — спросил мужик, и я чуть не задохнулась от вони старых сигарет. — Только сюда ты захаживаешь без этого своего красавчика на хвосте.
По венам заструился леденящий душу страх, и я уже начала было вызывать Рейеса, но остановилась на полпути, потому что мужик продолжал говорить:
— С ним я расправлюсь по-быстрому. Обещаю, он даже не смекнет, от чего окочурился. А у тебя будет шанс свалить. Если, конечно, получится. — Демонстрируя свои намерения, мужик подвигал пальцем прямо по Уилл Робинсон. — Ты его позовешь прямо сюда, но если успеешь как-то предупредить, я порешу его медленно, а тебя — еще медленнее. — Он уткнулся носом мне в волосы и сделал глубокий вдох.
— Почему? — спросила я, отчаянно оглядывая комнату в поисках хоть какого-нибудь оружия.
Я все еще могла вызвать Рейеса. Если он будет в нематериальном виде, вряд ли костлявый гад сумеет ему как-то навредить. Вот только очень хотелось узнать, почему мужик охотится на моего жениха. Почему хочет убить его быстро. И почему вообще хочет убить. Что хорошего, если Рейес примчится сюда и покалечит этого козла до того, как мы получим ответы?
— Чем он тебе насолил?
Мужик громко и невесело хохотнул:
— А ниче он мне не делал. Пускай заплатит за то, кто он такой.
Какого, блин, черта? Неужели этот парень одержим? Или его послали убить Рейеса? И зачем устраивать на меня засаду? Судя по всему, чувак жил тут как минимум неделю.
— Кто тебя послал? — спросила я и расслабилась, надеясь, что в ответ он ослабит хватку.
Я уже заприметила под алюминиевым столом отвратительную на вид деревянную ложку. Не бог весть что, но если удастся упасть на пол и по инерции проехать вперед, то, может быть, получится добраться до ложки, сломать ее и использовать для самозащиты раньше, чем у гада появится шанс всадить отвертку мне в спину. Имелись у меня подозрения, что если он все-таки успеет, то приятного будет мало.
Так что же делать? Рискнуть и все-таки призвать Рейеса? Он точно будет рвать и метать, причем из-за меня. А этого я боялась почти так же, как и мужика с отверткой.
— Давай, зови его. И без глупостей, не то получишь в горлышко заточку и пискнуть не успеешь.
Что ж, приятного уже мало. Я полезла в передний карман, и рука сжалась еще сильнее.
— Я всего лишь хочу достать телефон. Но ты, видимо, плохо знаешь Рейеса, раз уж собрался расправиться с ним с помощью отвертки.
— И покруче валил, причем голыми руками, — поспешил заверить меня мужик.
— Ну конечно. Как я и сказала, ты плохо его знаешь.
Я уже вытащила телефон, но мужик вдруг задумчиво поинтересовался:
— О чем ты талдычишь?
— О том, что в первый день Рейеса в тюрьме на него натравили трех самых здоровых и самых крутых членов саут-сайдовской банды. Через тридцать секунд они валялись мертвыми на полу в столовой, а на Рейесе — ни царапинки. Немножко отдышался — и как новенький. А те трое, между прочим, были вооружены.
— Сукин сын! — пробормотал мужик себе под нос. — Так и знал, твою мать! Доллар, конченный кусок дерьма!
— Ничего не поняла, — отозвалась я, надеясь разговорить наркомана. Подвиг, который мне не по зубам и в лучшие дни. А сегодня явно был не лучший день.
Намотав на кулак мои волосы, мужик дернул меня назад. Словно дамбу прорвало, из него повалили эмоции. На чем бы он ни сидел (скорее всего на мете), из-за наркотиков он стал непредсказуемым и еще более опасным. В мгновение ока садистское удовольствие превратилось в ослепительную ярость. В свое время его кто-то явно наколол, но я никак не могла понять, что именно происходит. Может быть, его послал за Рейесом некто по имени Доллар? И настоящее ли это имя вообще?
— А тебе надо понять только одно. Я вляпался по самые помидоры.
Мужик опять занялся моим ухом. Но на этот раз сначала прикусил хрящ, а потом уже мочку.