Я сорвалась с места, как только сумела отодрать взгляд от идеального телосложения — от широких плеч, стальных ягодиц и впадинок над костями по бокам. Как бы мне ни хотелось провести вечность, любуясь Рейесом, надо было что-то делать. Я метнулась вперед, прикрыв его собой, и успела заметить, как он игриво подмигнул Эмбер, которую Куки волочила в коридор. Порозовевшая Эмбер тихонько хихикала, прикрывая ладошкой рот.
— Твою дивизию, Рейес! — рявкнула я так сердито, как только могла. — Нельзя вот так выставлять себя напоказ перед двенадцатилетними девочками!
Куки вихрем вернулась за вещами, согласно закивала:
— Вот-вот, — и завозилась со списком дел на сегодня, изо всех сил стараясь не смотреть на стройное голое тело, так и притягивающее взгляд.
Закатив глаза, я сорвала с вешалки полотенце и обернула его вокруг талии Рейеса. Он ухмыльнулся, глядя на меня из-под полуопущенных век и совершенно не собираясь помогать.
Признав наконец поражение в неравной борьбе, Куки беспомощно вздохнула и посмотрела на Рейеса:
— Считай, ты задрал планку до небес. С этим, — она показала на него рукой, — никто не сравнится.
— Мне очень жаль, — сказал он, но я точно знала, что он вовсе не раскаивается.
Напряженное выражение лица Куки смыло широкой улыбкой.
— Ни капельки тебе не жаль, — сказала Кук, с упреком ткнув пальцем в его сторону.
— Ага, — пожал плечами Рейес, — ни капельки.
— Нахал, — буркнула она и, выйдя в коридор, закрыла за собой дверь.
Точнее попыталась. Дверь стукнулась о косяк и распахнулась. Куки попробовала еще раз — с тем же успехом. И еще раз, и еще…
— Кук, все путем. — Мне чудом удалось отцепить от двери руки в желтой резине. — Беру дверь на себя. — Она кивнула и уже пошла к себе, а я крикнула вдогонку: — И перчатки верни!
Несколько секунд я внимательно осматривала дверь. На вид с ней все было в порядке. Правда, дверная коробка видала и лучшие времена.
— Твоих рук дело? — спросила я у Рейеса. — Ну и как мне запереть дверь, если я даже закрыть ее не могу?
— Что ж, это проблема. — Он подошел сзади и уперся рукой в косяк, блокируя мне все пути отхода. — Наверное, придется тебе пожить у меня.
Я демонстративно захлопала ресницами:
— Или у Куки.
Наградив меня лукавым взглядом, он отдал полотенце и пошел к себе. Голый. Блестящий от капель. Гладкий и сильный.
Да уж, Куки была права. Пресвятая Богородица!
Долго ждать копа в штатском не пришлось. Втроем мы вышли на улицу. Я поплелась к Развалюхе, а Куки с копом — в офис. Я нагрузила ее заданиями на целый день, а у меня самой дел хватило бы на пару минут. Или от силы на полчаса.
Мне был нужен мужчина. Такой, которым я могла бы помыкать и командовать, как армейский командир. Иными словами, мне был нужен Гаррет Своупс. В нашей банде он был единственным, кто побывал в аду. Кроме Рейеса, конечно. Перекопав от и до сумку, я наконец-то нашла ключи. Новенькие, совсем не похожие на старые. И открыла Развалюху кнопкой на брелочке. Еще одно новое обстоятельство в привычном течении жизни. У Развалюхи никогда не было ничего, чем можно было бы управлять на расстоянии. Все в ней было, так сказать, старой школы. Вставить ключ, повернуть. Даже странно, что за все годы постоянных поворачиваний ключей у меня не развился запястный синдром. Зато теперь надо было только нажать на кнопку. Все равно что попасть в научную фантастику. А еще каждый раз, когда мы трогались с места, мне приходилось по-старому рычать за Развалюху.
Открыв дверь, я попыталась влезть в машину. И у меня бы получилось, не сиди за рулем пятидесятикилограммовая ротвейлерша. Увидев меня, она счастливо задышала с высунутым языком и замахала коротким хвостом с такой же скоростью, с какой машет крылышками шмель.
— Артемида, тебе нельзя водить, — напомнила ей я. — Когда в последний раз ты была за рулем, мы чуть не прикончили почтальона.
По-собачьи всхлипнув, она положила лапу на руль и с мольбой уставилась на меня огромными карими глазами. Я сунулась в салон и глянула на мистера Андрулиса. Похоже, присутствие Артемиды его ничуть не беспокоило. Я почесала ей ушки.
— Видишь ли, я в курсе, что твои братья и сестры не особенно жалуют почтальонов, но нельзя же просто так раскатывать их по асфальту прихоти ради.