Мэдди наградила старшую сестру укоризненным взглядом:
— Не становись на дыбы.
Вера подалась к ней, коснувшись рукой уха:
— Что?
— Бога ради, Вера Дон, ты меня прекрасно слышишь. Мы же покойницы!
— Что?!
Покачав головой, Тильда повернулась ко мне:
— Это она специально, чтобы нас подонимать.
Я тихо рассмеялась и быстренько осмотрелась, чтобы узнать, не обратил ли кто-нибудь на меня внимания.
— Может быть, вы хотите перейти? — спросила я у всех троих.
— Ни за что на свете! — тут же отозвалась Мэдди. — Мы ждем сестру. Хотим перейти все вместе.
Это что-то новенькое.
— Похоже на хороший план. Когда будете готовы, вы знаете, как меня найти.
— Еще бы! — сказала Вера. — Вас сложно не заметить.
Еще раз осмотревшись, я нашла какой-то очень древний на вид прибор, стоявший на самом краю карточного стола, и спросила, чувствуя, как от восхищения горят глаза:
— А что это такое?
— Точно не знаю, — ответил мужчина в шезлонге.
— Что ж, Мэдди, твой внук всегда был гадким негодяем. — Вера посмотрела на меня. — Его бедная мать еще и недели не прожила в доме престарелых, а он уже распродает все ее имущество.
— Все наше имущество, — уточнила Тильда. — А это — детектор лжи. Чтоб вы знали, наш отец работал на Гувера.
— Странный был человек этот Гувер, — неприязненно сморщила нос Вера.
Мэдди нахмурилась:
— И как это к тебе вернулся слух?
Вера снова поднесла к уху ладонь:
— Что?!
Я с трудом не рассмеялась вслух.
— Полиграф, говорите? Взаправду?
— Что? — на этот раз вопрос прозвучал из уст гадкого негодяя.
— Оно работает?
— Понятия не имею, — ответил он и поднес ко рту банку пива.
— Работает? — переспросила Мэдди таким тоном, словно я ее обидела. — Да как часы! Однажды я использовала детектор на Тильде. Она бегала на свидания с моим парнем у меня за спиной.