В ту самую минуту, когда Дженни сложила два и два и начала задавать вопросы о том, как я получила послание от Рона и могу ли я общаться с потусторонними сущностями, мне срочно потребовалось ехать по делам. К счастью, она все поняла и даже предложила купить мне еще один хот-дог с чили, потому что мой давно остыл. Однако к тому времени мне уже расхотелось есть хот-дог, зато появилось страстное желание отведать гамбургер с гуакамоле из «Мачо Тако». К тому же в «Мачо Тако» превосходный кофе, чем, в первую очередь, и объяснялось мое присутствие там.
Я решила позвонить агенту ФБР, которого назначили на дело Терезы Йост, чтобы узнать, сколько мне удастся раскопать.
— Это агент Карсон? — спросила я, укладывая на гамбургер кусочки халапеньо.
— Она самая, — раздался в ответ женский голос.
— Потрясающе. — Я накрыла бутерброд верхней половиной булочки, облизала пальцы и полезла в сумку за блокнотом. Так и не найдя его, достала салфетку, на которой был нацарапан чей-то давно забытый номер. Ладно, сойдет. Развернув салфетку, я щелкнула ручкой. — Меня зовут Шарлотта Дэвидсон. Семья Терезы Йост наняла меня расследовать ее исчезновение, — немножко приврала я.
— Тогда вы наверняка с ними связывались, и теперь вам известно то же, что и нам. — Ее тон был резким и не терпящим возражений.
Так уж вышло, что у меня в жизни имеются и другие интересы, кроме поисков возражений при каждом удобном случае. Мне уже приходилось иметь дело с агентами, и не только с теми противными типами, которым по душе регулярные осмотры женских тел[12], но и с самыми настоящими федералами. Судя по всему, в списке обязательных требований к агентам ФБР одним из первых пунктов стоит неспособность ладить с другими людьми.
— Разумеется, если речь идет о деле. Но прямо сейчас мне бы хотелось кое-что разузнать о докторе Йосте.
— Правда? — Наконец-то мой звонок заинтересовал агента Карсон. — Разве не он вас нанял?
— И да, и нет. Скажем так: я не взяла с него денег. Я собираюсь найти Терезу Йост, а не завести новых друзей.
— Приятно слышать, — в ее голосе звучала улыбка, — и все-таки зачем…
— Нейтана Йоста арестовали, когда он учился в колледже. Точнее — на медицинском факультете. Наверняка вы уже раскопали эту информацию.
В трубке повисла долгая тишина, во время которой я честно старалась не глазеть на трансвестита в самых красивых красных туфлях на шпильках, какие я видела в жизни. Наконец агент Карсон заговорила:
— Здесь нет ничего, чего вы не могли бы найти сами.
— Само собой, но так быстрее. Предлагаю вам сделку.
— Что ж, посмотрим. — Я услышала, как скрипнул стул, как будто агент Карсон откинулась на спинку. Может быть, для того, чтобы примостить ноги на стол. — Итак?
— Я позвоню вам, как только найду Терезу Йост.
И тут случилось нечто странное. Я не услышала ни насмешек, ни взрыва безудержного хохота, ни скрипа зубов, стиснутых от злости.
— Что будет частично и моей заслугой? — всего-навсего спросила Карсон.
— Ясное дело.
— Договорились. — Ничего себе! — Йоста арестовали на основании заявления его бывшей подружки. — Как-то легко все складывается. — Она утверждала, что он взбесился, когда она пыталась с ним порвать. Сказал, что хватит одного укола, и ее сердце остановится за каких-нибудь несколько секунд, и никто никогда не сможет связать это с ним. Барышня так испугалась, что уже на следующий день переехала к родителям.
— Могу ее понять.
— Ее убедили выдвинуть обвинения, но все основывалось исключительно на ее словах. Никаких улик, никаких свидетельств неадекватного поведения со стороны Йоста, так что у окружного прокурора были связаны руки.
— Да уж, интересная картина. Один укольчик, и сердце остановится?
— Ага. Видимо, он чему-то научился на занятиях и решил использовать это во зло, а не во благо.
— Вы допрашивали ее в связи с последними событиями?
— Нет. Но, насколько мне известно, она все еще живет здесь. Я могу ее вызвать.
— Не будете возражать, если я сама с ней поговорю?
— Валяйте.
Поражаясь тому, как гладко идет разговор, я спросила: