Посмотрев куда-то мимо меня, мистер Аланис сказал:
— Я не стану спрашивать, почему мы с вами встречаемся тайком, и все же обязан знать, грозит ли вам какая-нибудь опасность.
Я прислушалась к тяжелому дыханию адских псов. Эх, знал бы он…
— Нет, — отмахнулась я. — Вовсе нет.
И не соврала. Той опасностью, о которой говорил детектив, и не пахло. Он хотел знать, не боюсь ли я Рейеса или еще кого-нибудь, кто мог бы случайно на нас наткнуться.
— А если вас поймают с поличным? Что тогда?
И правда, что тогда?
— Скажем так, мой муж во мне разочаруется, но с его стороны никакая опасность мне не угрожает.
Кажется, мой ответ собеседника удовлетворил, но он все же бросил еще один взгляд на деревья у меня за спиной.
— Итак, что вам удалось выяснить? — спросила я, чтобы поскорее со всем этим закончить.
Еще чуть-чуть, и Рейес поймет, что меня нет. Честно говоря, меня удивляло, что он до сих пор не узнал о наших встречах с мистером Аланисом. Все вокруг твердили, что я яркая. Настолько, что меня можно увидеть из любого уголка планеты. Так почему же Рейес ни разу не увидел, как я сбегаю из монастыря? Да и вообще, как он может не знать, где я нахожусь в каждую конкретную минуту?
Метрах в трех от меня раздалось рычание. Я застыла, глядя, как сверкнула и исчезла за деревьями серебристая пыль. От страха сжалось сердце. Мистер Аланис потер заросший светлой щетиной подбородок и достал блокнот.
Я приходила сюда раз десять, не меньше, и псы еще никогда не подбирались так близко. Как только мы переехали в монастырь, Ош отметил границы священной земли кольями, на которые натянул веревку. Или я находилась ближе к границе, чем думала, или Ош что-то напутал в расчетах.
Между деревьями мелькнула еще одна вспышка серебра, под которой я на миг заметила перекатывающиеся гладкие мышцы. Я слышала, как дышит адский пес, и испытывала настойчивое желание сбежать куда подальше, но чудовище держалось на расстоянии. А значит, пока не было нужды с криками мчаться обратно в монастырь. И все же шею и плечи свело от напряжения, а все чувства пришли в полную боевую готовность.
— Ваш дядя на верном пути, — начал мистер Аланис.
Я моргнула.
— То есть?
— Вы были правы. После нашей последней встречи я остановился вон там, — он показал на узкую дорогу, идущую чуть выше, — и стал ждать. Вскоре появился тот человек и припарковался практически там же, где сейчас стоит моя машина.
Он кивнул на свой седан, а меня с ног до головы обдало волнением.
— Вам удалось за ним проследить? — спросила я.
Парня искала вся полиция, но он, словно призрак, ускользал сквозь пальцы. До сегодняшнего дня.
— Удалось.
Я хлопнула в ладоши. За последние месяцы это была первая хорошая новость. Судя по всему, какой-то чувак следил за мной всю мою жизнь. Узнав об этом, папа сел ему на хвост, а потом погиб. Мы нашли фотографии этого человека, сделанные папой, но так и не выяснили, кто он такой. Получается, папе удалось выследить парня, а мы и близко не могли к нему подобраться. По крайне мере мы так думали. Однажды я гуляла с Пип и Артемидой и заметила стоявшую на дороге машину. Как только я на нее посмотрела, водитель мигом умчался, но я успела его узнать по папиным снимкам.
Когда папа пропал, мы нашли целую гору фотографий в номере отеля, где он тогда жил. Среди них были и мои снимки. И со времен детства, и сделанные буквально за несколько дней до папиной смерти. Причем погиб он сразу после того, как вышел на этого парня. Я в такие совпадения не верю. Кем бы ни был этот мужик, он наверняка как-то связан со смертью папы. А даже если и нет, то все равно очень хочется узнать, зачем он за мной следил с самого моего рождения.
— Это еще не все. Как я и сказал, вы были правы. У этого человека полно ваших фотографий, причем с самого юного возраста. Однако я проследил за ним до его квартиры и сделал несколько снимков через окно. Кроме фотографий, у него действительно есть о вас статьи и даже снимки из школьных альбомов. Если начистоту, то у него на стенах вся ваша жизнь. Но удивительно то, что некоторые фотографии сделаны практически сразу после вашего рождения.