— Беру свои слова обратно. Ты еще бесполезнее.
— Я в курсе. Правда. Есть какие-нибудь новости?
Мне не нужно было уточнять, чтобы дядя Боб понял, о чем речь.
— Нет, милая. Мне очень жаль. Сейчас ждем отчетов из лаборатории.
В отличие от сериалов, экспертиза в реальной жизни занимает недели две. Иногда даже несколько месяцев. Так что я не особенно надеялась на результаты трудов славных экспертов. Мое терпение давным-давно лопнуло. И все-таки нужно было чем-то занять Диби, пока мистер Аланис не подкинет ему анонимную наводку на ватиканского парня. Ей-богу, я бы убила за возможность присутствовать на допросе. Кого-нибудь не очень заметного. Например, какого-нибудь любителя полапать женщин в метро или поговорить во время спектакля.
Обняв дядю Боба, я шепнула ему на ухо:
— Пуэрто-Рико.
Он стиснул меня в ответ, а потом отпустил, усмехнувшись и подмигнув напоследок.
Уже собираясь все-таки дойти до офиса, я вдруг решила, что сейчас самое время хорошенечко допросить моего главного следователя по поводу недавних тревожных открытий. Что могли обсуждать Ангел и Рейес? И почему вдруг Ангел встал на его сторону? Насколько я знала, тринадцатилетний гангстер терпеть не мог моего мужа. А теперь они ни с того ни с сего стали приятелями?
Я решила докопаться до правды во что бы то ни стало и вызвала Ангела. Он появился со сложенными на груди руками, как будто я помешала чему-то важному. Чувак погиб давным-давно. Какие важные дела могут быть у призрака?
— Что вы задумали с моей второй половиной?
На юном лице мелькнуло удивление, но Ангел быстро взял себя в руки:
— Понятия не имею, о чем речь.
— Не разыгрывай передо мной оскорбленную невинность. Я видела вас с Рейесом на поляне.
— Ш-ш-ш! — зашипел Ангел и прикрыл мне ладонью рот. — Как ты могла нас видеть?
Я отодрала от себя его руку.
— Глазами. И, пока вы там были, Рейес выглядел расстроенным. Что происходит, и к чему вся эта секретность?
Он тихо выругался себе под нос.
— Не могу сказать.
— Ангел, — я шагнула ближе и наградила его своим знаменитым убийственным взглядом, которого боялись и люди, и звери, — или ты сам мне все расскажешь, или, клянусь всем святым, что есть на…
— Я тебя умоляю! — Ангел отмахнулся от меня, как от назойливой мухи. — Меня больше пугает он, чем ты. Но только по дням, в названии которых есть согласные.
— Минуточку… А почему он тебя пугает? Он тебе угрожал?
— Нет, да ему и не надо. Ты видела, как он злится? Так вот, я с такой фигней связываться желанием не горю.
— Значит, ты точно не видел, как злюсь я.
Ангел фыркнул:
— Ты злишься точно так же, как миссис Кливер, когда у нее подгорают кексы.
— Это просто оскорбительно! Кексы я не пекла ни разу в жизни.
— Тебе виднее, чикита[4]. Я точно не проболтаюсь, так что можешь взять свои угрозы и… ай!
Я схватила его за руку и намеренно впилась в призрачную «кожу» ногтями.
— В чем дело? — Я подтянула его ближе. — Передумал?