Покачав головой, Куки сорвалась с места, а я внезапно обнаружила, что пытаюсь догнать ее в тапках. Вздохнув, я сообразила, что такие пробежки съедают мои драгоценные калории. Позже надо будет восполнить утраченное тортиком.
— Поверить не могу! У меня в квартире мертвый мальчик, а ты ни разу даже словом не обмолвилась.
— Не хотела тебя тревожить. Думаю, он без ума от Эмбер.
— Господи, — выдохнула Куки.
— Послушай, — я схватила ее за куртку, чтобы остановить, — давай доставим твою машину к дому, а потом я со всем разберусь. Нельзя бросать ее там. Кто-нибудь может ее угнать.
Глаза Куки засияли.
— Думаешь? А может, мне вернуться и оставить ключи? Ну, знаешь, чтобы облегчить угонщикам задачу.
— М-мм, кажется, у меня идея.
Загоревшись новой целью, она бросилась к машине. Меня лишь капельку беспокоило ее поведение. В конце концов бежала она в нужном направлении.
— Если не считать того раза, когда я купалась в чем мать родила с членами шахматного клуба, — сказала я, немного запыхавшись, — это была самая напряженная ночь в моей жизни. — Задумавшись, я споткнулась, чуть не упала, чудом осталась на ногах и посмотрела под ноги, что, по идее, стоило сделать до того, как заговорить. — Нет, беру свои слова назад. Самая напряженная ночь у меня была тогда, когда я помогла отцу распутать загадочное дело, связанное со взрывом газа, в котором погибло тридцать два человека. Когда дело было закрыто, все они захотели перейти. В одно и то же время. Все их чувства и эмоции бурлили во мне одновременно. Вся ночь ушла на то, чтобы прийти в себя.
Куки слегка притормозила, но в мою сторону так и не глянула. Не могу ее винить. Надо было давным-давно сказать ей о маленьком мальчике. Несправедливо с моей стороны взять и ошарашить ее такой новостью.
— Если бы не мужчина, который видел, как студент колледжа что-то делает с газовыми трубами, дело бы не раскрыли. А мне было всего семь, — объяснила я, надеясь отвлечь Куки пустой болтовней. — Тогда мне было сложно со всем разобраться. Смотри-ка, твоя тачка в полном порядке, — махнула я в сторону машины.
Она подошла к «таурусу» и, обернувшись ко мне, сказала:
— Прости, Чарли.
Я остановилась с подозрительным видом.
— Собираешься отпустить пошлую шуточку? Мне таких еще в двенадцать лет по горло хватило.
— Я тут вне себя от трупа в багажнике…
— Парень, мертвый парень, не труп.
— … а ты делаешь такие вещи! Эту историю ты мне еще не рассказывала.
— Какую? — спросила я, все еще что-то подозревая. — Ты о взрыве? Так это ерунда. — Я и рассказала ей, только чтобы отвлечь от мертвых людей, из-за которых она с катушек съезжает.
— Ерунда? Да ты как супергерой, только без плаща.
— Ой, как мило. В чем подвох?
Куки усмехнулась:
— Никаких подвохов. Только скажи мне, что в багажнике нет мертвого тела.
Ужасно не хотелось, но я все же взяла ключи и открыла багажник.
— Здесь нет никакого мертвого тела.
— Чарли, можешь не врать. Все нормально.
Я удивленно моргнула. Парня из багажника не было.
— Да нет же, я серьезно, — сказала я, оглядываясь по сторонам.
Для удобства я сделала несколько шагов назад и наткнулась на что-то холодное и недвижимое. Температура вокруг меня резко упала, и по спине побежали холодные мурашки. Все равно, что войти в морозильную камеру, вот только мне не хотелось тревожить Куки. Снова.