Куки спец по свежему кофе и теплым объятиям. Или по теплому кофе и свежим объятиям. Как по мне, и так, и так замечательно.
— Вы уверены? — спросил Фостер.
Похоже, он из молодых и задиристых. Не самый мой любимый тип, но я приложила максимум усилий, чтобы не зацикливаться на первом впечатлении.
— Она исчезла почти неделю назад, — продолжал Фостер, — и единственное, что нашли у нее на столе, — это блокнот, в котором записаны ваше имя и номер.
Наверное, Мими записала их, когда говорила с Куки. Помешивая кофе, я повернулась к гостям. Глаза мои были невинными, как у лани.
— Если Мими Джейкобс пропала почти неделю назад, почему вы пришли ко мне только сейчас?
Тот, что постарше, Пауэрс, тут же взбесился. Наверное, потому, что я ответила вопросом на вопрос. Он определенно привык на свои вопросы получать ответы. Глупый кролик.
— Мы не придавали записи в блокноте большого значения, пока не выяснили, что вы частный детектив. Подумали, что она могла вас нанять.
— Для чего? — забросила я удочку.
Пауэрс поерзал на своем стуле.
— Мы пришли, чтобы это выяснить.
— Так у нее были проблемы? Может быть, в компании, на которую она работала?
Мужчины переглянулись. В любой другой ситуации я бы уже вопила «Эврика!», но сейчас чувствовала себя так, будто только что преподнесла им на блюдечке с голубой каемочкой идеального козла отпущения. Им определенно было известно больше, чем они собирались мне рассказать. То есть вряд ли они вообще собирались что-то рассказывать.
— Мы уже рассмотрели этот вариант, мисс Дэвидсон, и будем благодарны, если эта информация останется между нами.
Значит, дело не в компании. Одна возможность отпала, на повестке дня — еще двадцать семь тысяч.
Видимо, удовлетворив свое любопытство, оба встали. Фостер вручил мне свою визитку.
— Мы вынуждены настаивать, чтобы вы связались с нами, если она попытается как-то на вас выйти. — В его голосе звучал слабый намек на угрозу.
— Разумеется, — ответила я, пытаясь не рассмеяться, пока провожала их из кабинета. У двери, отделявшей вотчину Куки от моей, я остановилась. — Мне жаль, что не могу быть вам полезной, и что вам приходится сейчас уйти.
Фостер натужно откашлялся, потому что я все еще не открывала дверь.
— Ладно, хорошо. Мы с вами свяжемся, если нам понадобится что-нибудь еще.
Пока они торчали у меня за спиной, я взялась за ручку, повернула ее, потрясла немного и только потом открыла дверь. Куки что-то увлеченно печатала на компьютере. Но я-то знаю, что весь разговор она слушала через включенный интерком.
— Мисс Дэвидсон, — попрощался Фостер и коснулся невидимой шляпы, проходя мимо.
Когда агенты ушли, Куки обрушила на меня всю силу своего гнева:
— Дверная ручка? Очень тонкий намек.
— А сама-то? Мисс Грация! Не соблаговолите ли свалить что-нибудь еще?
Куки съежилась от воспоминания.
— Как думаешь, они что-то подозревают?
Сразу куча вариантов ответа пришла на ум: «Понятное дело!», «И ты заметила?», «Только если они не полные идиоты». Вместо этого я ответила просто:
— Да.
И отсутствие интонации в моем голосе должно было прозрачно намекать на все выше указанное.