— У меня нет столько денег сейчас, извини, — оружие и боеприпасы вернулись обратно. — Сделка сорвалась, за мной с минуты на минуту может явиться стража, а брать в долг ради такого я не стану.
— Товары ты еще сможешь достать, а стража не знает, чье это было судно. Если матросы не проболтаются.
— Они не проболтаются, — подобрел купец. — Все до одного верны лично мне.
— Однако твой капитан-болван отдал мне судовой журнал, даже не спросив моего имени, — заржал Гарольд.
У купца глаза на лоб полезли от удивления.
— Отдай. Его. Мне, — проговорил он так, словно уже забивал гвозди в крышку гроба охотника.
Тот просто пожал плечами и протянул потрепанную книжку толстяку.
— У меня тут несколько вопросов появилось теперь, — бросил Гарольд. — И вот первый. Кому именно ты продавал оружие?
Раскрасневшийся торговец скрипел зубами от гнева.
— Отвечай, Макс, — следопыт буравил оппонента взглядом.
— Не смей называть меня Максом! Мы уже давно не дети! — брызжа слюной, закричал он.
— Заткнись. Кому именно ты продавал оружие, отвечай.
Торговец злобно посмотрел в глаза охотнику, но вскоре успокоился.
— Мы не называли имён. Но это точно не бандиты. Чтоб я снабжал оружием тех, кто грабит мои же караваны? Я что, похож на слабоумного? Нет, Гарольд, это не бандиты, не тот уровень. Можешь быть спокоен, — толстяк решил открыть все карты.
— Как выглядел заказчик? Кто-то из людей графа? — спросил охотник, перебирая в уме варианты.
— Нет, лица я тоже не видел. Он каждый раз был в капюшоне, — отвечал купец.
У Гарольда начала складываться картина происходящего.
— В черном? И серебряное кольцо на пальце?
— Да, откуда ты знаешь? — удивился толстяк.
— Догадался. Давно ты на них работаешь?
— Уже около года.
— Когда и где ты виделся с заказчиком в последний раз? — Гарольд напал на след и решил выжать всю информацию.
— Вчера, он сюда заходил. Можешь не искать, его уже нет в городе.
— Откуда ты знаешь?
— Он сам мне об этом сказал. Эта сделка должна была стать последней.
Следопыт был подавлен. Враг ускользнул, не оставив и следа.
— Знаешь, друг, я сейчас должен сдать тебя стражникам как одного из участников в заговоре против власти. Не за контрабанду. А за участие в заговоре. Но я этого делать не стану. Ты, кажется, даже понятия не имел, с кем связался. Впрочем, я пока тоже слабо представляю, кто это.
— Власть? Ха! Эта власть только и делает, что сосёт кровь у простого народа. Лучше уж никакой власти, чем такая. Каждый год повышает пошлины, нам, торговцам, приходится повышать цены, а народ злится не на них, а на честного купца!
— Слово "честный" и слово "купец" даже в сказке не могут рядом стоять, — улыбнулся Гарольд. — Будь осторожен, друг. Теперь мне пора на восток.
— Уже уезжаешь? — толстяк удивился. — Зачем?