Старик выслушал и перевёл всё, что услышал. Несомненно, добавляя кучу отсебятины, что было заметно по лицу вождя. Тот хмурился и недовольно посматривал на охотника, словно Гарольд уже украл его дочь, разрушил его очаг и сломал его любимое копьё.
— Как ты прошёл через лес? — толмач хмурился вместе с вождём.
— По старой просеке, — миролюбиво ответил Гарольд, прихлёбывая ароматное варево из большой деревянной кружки. Вкус напоминал какие-то травы из детства.
Айвары некоторое время посовещались.
— Вождь не верит тебе, чужак, — отрезал старик. — Лес нельзя пройти.
— Но я прошёл. Однажды к моей стоянке вышли волки, но утром они ушли, — развёл руками охотник.
— В лесу полно бьорре, медведей. Тебе повезло, чужак.
У Гарольда по спине побежали мурашки. И никто из деревенских не сказал ни слова про медведей! Встреча даже с одним закончилась бы неминуемой гибелью.
— Я хочу пойти дальше на восток, — осторожно молвил следопыт.
Вождь одарил его долгим презрительным взглядом. В глазах так и читалось недоверие и неприязнь к чужаку. Он махнул рукой и процедил что-то старику.
— Вождь говорит, наши земли должны оставаться маархет, тайной, для чужаков, — перевёл толмач. — Дальше тебе нельзя.
Гарольд крепко задумался. Если на восток больше дороги нет, то можно попробовать разузнать об этом заговоре здесь, в маленькой пограничной деревушке. Шансы невелики, но попробовать можно. Не сразу, конечно.
— Тогда я хотел бы пожить среди вас, отдохнуть после долгой дороги, купить еды и отправиться обратно, — отвечал следопыт.
Старик удивлённо поднял брови, но перевёл дословно. Вождь скривил лицо.
— Вождь говорит, уходи сейчас. Мы поменяем твоё серебро на еду.
— Я ранен и устал после долгого пути. Позвольте мне остаться ненадолго, — Гарольд взглянул вождю в глаза. Тот спокойно смотрел, не выражая никаких эмоций. В итоге, следопыту пришлось первым отвести взгляд. Досадно. Вождь что-то спросил у переводчика.
— Вождь говорит, куда и как ты ранен? По тебе не видно, что ты страдаешь от ранения, — старику, похоже, тоже стало интересно.
— Я ранен в ногу, в неравном бою. Я убивал грабителей. Пару недель назад, — охотник почесал ногу под столом. Рана уже не кровоточила и не открывалась от неудачных движений, но приятного в этом всё равно было мало.
Услышав ответ, вождь расплылся в улыбке и удовлетворённо закивал. Похоже, бандиты здесь не пользовались популярностью.
— Сколько их было? — спросил переводчик.
Гарольд почесал бороду, изрядно отросшую за время путешествия, и честно ответил:
— Одиннадцать, но убил только девятерых.
Соплеменники недоверчиво переглянулись. Чужак не выглядел так, словно способен убить целую ватагу, отделавшись только порезами и ушибами.
— Вождь говорит, что ты лжец.
Гарольд вскочил из-за стола, едва не опрокинув лавку. Рука отточенным движением скользнула к мечу, но верного клинка там не оказалось. Конвоир мгновенно оказался рядом с ним, приставив копьё к шее следопыта.
— Если я лжец, то скажи вождю, пусть проверит моё мастерство, — процедил охотник, краснея от гнева.
Вождь поднял руку. Воин опустил копьё и вернулся за стол.
— Вождь не хотел оскорбить тебя, чужак. Ты не выглядишь кьонне, великим воином, — перевёл старик. — Сядь, чужак.
Охотник нехотя подчинился.
— Великий воин не ищет битвы. Вождь говорит, что тебе просто улыбнулась удача.