Топор мелькнул прошёл над головой следопыта, и тот ударил дикаря в пах. Айвар согнулся, оседая на землю, и Гарольд едва успел отскочить от копья, метящего ему в грудь. Меч с противным звуком вонзился в лицо беспомощного дикаря, и следопыт поморщился. Дрянная смерть.
Копейщик завыл по-волчьи, делая несколько быстрых выпадов, в голову, в ноги и в живот. Гарольд увернулся, широко ухмыляясь сопернику. Битва превратилась в смертельный танец, и ведущим в танце был следопыт. Он попытался ухватиться за копьё, но дикарь этого ожидал, и резко ударил Гарольда древком в колено. Парализующая боль, и теперь уже айвар сверкает злобной улыбкой.
Йона тихо сидела в камышах, не зная, что делать. Если помочь вернуть беглецов, ей могут позволить остаться в племени. Червь сомнения закрадывался в сердце, и она вздрагивала каждый раз, когда Гарольд снова уходил от удара в последний момент.
Инициативу перехватил дикарь, и наконечник копья сверкал в воздухе в попытках найти уязвимое место. Колено нестерпимо болело, и уворачиваться от смерти становилось всё труднее. Гарольд с жалостью подумал об отсутствии щита, но в походах он обычно становился обузой. Несмотря на холодный осенний ветер, становилось жарко.
Мысленно проклиная всё на свете, Гарольд в очередной раз прыгнул в сторону. Копьё проткнуло рукав, оцарапало плечо и запуталось в складках куртки. Следопыт мгновенно среагировал, резким ударом отправляя дикаря в страну вечной охоты. Небольшим фонтанчиком брызнула кровь, и копейщик повалился вниз.
Следопыт огляделся. Ровио из последних сил защищался, отступая всё дальше в болото, но споткнулся о кочку и повалился на спину. Его противник издал ликующий вопль, и занёс топор над головой, но Гарольд метким броском копья прервал его радость. Ровио с шумом выдохнул, когда из груди дикаря показался окровавленный наконечник.
— Сзади! — раздался крик Йоны, и следопыт обернулся.
Из зарослей камыша показалась мощная фигура, облепленная грязью и водорослями. Последний дикарь заревел как буйвол и бросился в атаку. Гарольд с ужасом узнал его, этот айвар был одним из лучших воинов племени. Гарольд помнил, как презрительно кривилось его лицо во время битвы с Олле.
Топор дикаря, тяжёлый на вид, порхал словно бабочка, вынуждая следопыта отступать. На помощь рассчитывать не приходилось, этот здоровяк порубит на куски всех троих, даже не запыхавшись. Тем более сейчас, когда беглецы измотаны предыдущей схваткой.
Гарольд отбивал умелые выпады, отходя всё дальше в болото. Сапоги погружались в грязную жижу, замедляя движение. Дикарь знал, что делал. Он злобно вращал топором, показывая мастерство, и выкрикивал боевые кличи, распаляя себя и пытаясь испугать Гарольда.
Ровио глядел на обезумевшего айвара. В драке с ним у него нет никаких шансов, но кое-чем помочь следопыту он ещё может. Копьё прожужжало совсем рядом с головой дикаря, но тот даже не обратил внимания, как не обращают внимания на играющих детей. Ровио выругался, и выдрал ещё одно копьё из спины гребца. Оно уже спасло одну жизнь сегодня, может быть, спасёт ещё. Бросок, и снова мимо. Проклиная собственную меткость, Ровио лихорадочно осматривался в поисках оружия, пока следопыт отбивался от ударов гиганта.
Затрещал камыш, и из зарослей, наконец, выбежала Йона. На бегу подобрав топор, она помчалась на помощь к мужу, выкрикивая что-то на родном языке. Дикарь обернулся на крик, и это его сгубило. Клинок одним движением рассёк могучую шею, и айвар с хрипами упал на колени. Девушка подошла к соплеменнику, произнесла несколько слов, и милосердно добила раненого.
Гарольд подставил окровавленное лицо струям дождя и закрыл глаза.
— Что ты ему сказала? — спросил он.
Йона смутилась.
— Пожелала хорошей охоты. Он славно бился сегодня, — ответила она и Гарольд кивнул, не открывая глаз.
Через несколько мгновений он тряхнул головой, словно избавляясь от наваждения, вытер клинок полой плаща и огляделся.
— Пойдёмте, — глухо произнес он. — Я знаю, где тут есть неплохая лодка.
Максимиллиан нервничал. Через полчаса ему предстояло побывать на проповеди главы чернорясников. Как было бы здорово, если бы он был мастером фехтования, мрачно думал толстяк. Одним ударом решить почти все проблемы. Но купец всегда полагался на чужие клинки, предпочитая покупать свою безопасность. В том числе и у Гарольда.