— Ну это еще не самое страшное. — Авторитетно заявил красавчик. — Главное, чтобы это размножение было не с ними!
— Фу! — Скривилась я мгновенно. — Даже не говори об этом! Уж лучше с тобой.
— Спасибо за одолжение! — Паясничал парень.
— Тебя кстати как зовут?
— Свят.
— Святослав? — Моему удивлению не было предела. Почти тысячелетие прошло с тех пор, когда земляне вышли в космос уже как единая нация, единая раса. Это было одно из условий сосуществования с другими расами в рамках Договора. Считалось, что если нет единого языка, порядка, вероисповедания и руководства на планете, то она еще не готова к полноценному сотрудничеству. Земляне приложили очень много усилий, чтобы занять свое место в Освоенном секторе Вселенной, расы и нации Земли со своим языком, культурой, традициями были преданы забвению. И удивилась я не просто так. Имя было слишком кричаще русским, восхитительно родным, приятным душе и сердцу.
— Да. Ты русская что ли?
— А то незаметно.
— Ну да. А ты язык учила? — Еще тише спросил Свят.
— Немного. А ты?
— И я.
— Кристи, держимся вместе. По возможности.
— Согласна. Свят, а откуда ты?
— Удивлена, что родителям не рекомендовали назвать меня каким-нибудь именем из рекомендованного Списком?
— Угу.
— Я родился на астероиде-руднике. Там не боятся ни Бога, ни черта, ни тем более Земное правительство. Да им и начхать на нас.
— А когда ты вырос и улетел оттуда?
— При поступлении на высшее рекомендовали сменить, но я отказался.
— И как?
— Да ты знаешь, удивительно, но никак. Видимо уже не так за этим следят.
— Возможно, что и сами Проверяющие уже не помнят таких имен. Подумали, что блажь очередная. А имя у тебя очень красивое.
— Спасибо. А ты откуда?
— Родилась на Земле. Родители ученые, носит их вечно по всей Галактике, сейчас осела на Аруане с сестрой. У меня еще брат есть, но он по военной части разработками занимается и гораздо старше меня. Мы даже не знаем, где он живет на самом деле.
— Наверное делал тебе какие-нибудь штуки прикольные в детстве?
— Да он и сейчас делает. У Евы дома все роботы перепрограммированы им, носят ей завтрак в постель, читают почту и даже робот-дворецкий есть. Правда выглядит он… ну очень импозантно! — Захихикала я, припоминая скрученного чуть ли не на коленке из подручных материалов робота, которого сестра пугалась первые пару месяцев по утрам, поминая братца нехорошими словами. — А в детстве у нас почти все игрушки были его производства! Жалко, что в Академию проносить такое нельзя.
— Крис, не хочу тебя огорчать, но оглянись вокруг. Ты реально веришь в то, что вернешься в Академию? — Мое настроение пропало как по мановению волшебной палочки. Действительно, совсем ушла из реальности с этими воспоминаниями.
— Нам остается только надеяться.
Мы сидели у стены и тихо переговаривались, не обращая внимания на соседей по несчастью, когда раздался голос из невидимых динамиков:
— Встаньте, разделитесь по парам мужчина-женщина. Пройдите к обозначенному цветом выходу.
— А если мы не хотим вас слушать? — Крикнул кто-то из толпы.