Мои ступни, обутые в кожаные ботиночки на каблуках, вдруг заскользили по каменному полу подземелья — словно лорд тянул за невидимые нити, против моей воли притягивая меня к себе.
Я вывернулась и закричала от боли — казалось, я действительно была марионеткой, и попытка убежать от вживленных в мое тряпичное тело ниток оборачивалась невыносимой мукой. Но даже несмотря на это, я бросилась назад, к спасительному выходу. Просто знала, что последует, если я останусь на месте.
Лорд Рэйст попытался захлопнуть ведущую на верхний этаж дверь, но я оказалась быстрее. Призвав всю свою силу, не дала ей захлопнуться, оставив небольшую щель — пусть граф думает, что просто опоздал с заклинанием. Я переломала все ногти, но успела выскользнуть наружу до того, как Рэйст применил новые чары, и стремительно взбежала по лестнице, слыша за спиной его шаги.
Я знала, что звать на помощь бесполезно. Дворцовая стража, как и слуги, как и целители — все они безгранично преданы Аресу, а значит, и правой руке Его Светлости. Мелькнула мысль скрыться у Аннет, но тут же поняла, что это не выход. Если меня найдут — а с помощью горгульи-графини это случится непременно, Аннет попадет за укрывательство. Я не могла так с ней поступить.
Поэтому я просто бежала вперед, неловко прижимая к груди разорванный лиф платья, сама не зная, куда и зачем бегу. Пока… со всего размаха не налетела на вынырнувшего из поворота коридора Лоуренса Галлахара.
Даже теми ночами на балконе я не была так рада видеть его, как сейчас. Вцепилась в его плечи мертвой хваткой, так, что пальцы свело судорогой. Мои обломанные неистовой попыткой вырваться из плена подземелья ногти царапали шелк его рубашки. Только сейчас я вспомнила о том, что надо бы прикрыть лиф. К чести Лоуренса, он тут же целомудренно отвел взгляд от моей полуобнаженной груди, но я успела заметить промелькнувшую в нем искорку интереса, тут же сменившуюся нешуточной тревогой.
- Рэйст… он… хотел… — Я задыхалась — от бега, от паники, волной поднявшейся внутри. От страха, что Лоуренс, вспомнив о своем родстве с Аресом и решив отомстить мне за то, что его избегала, просто откажется помочь. Тогда мой мир, после разлуки с Лили и отлучения от дома, и так превратившийся лишь в жалкие руины, рухнет окончательно.
— Тихо, спокойно, вы в безопасности.
Но меня трясло, и успокоиться оказалось не так-то просто. В безопасности? Я, Искра, во дворце? Смешно и горько…
- Это он сделал с вами? — тихо спросил Лоуренс. Положил ладони на мои руки, все еще намертво вцепленные в его рубашку, и бережно сжал.
В первое мгновение я даже решила, что он призвал магию: по моим венам разливалось тепло, принося долгожданное успокоение. Дыхание выровнялось, сердце перестало неистово биться, грозя сломать ребра изнутри. И боль, которую причиняла мне магия сплетения, вдруг стала едва ощутимой. А потом подумалось: а в магии ли дело? Или в том, что Лоуренс касается моих ладоней, и эта мягкость несравнима с грубым натиском Рэйста, не вызывающей у меня ничего, кроме отвращения?
— Ах вот ты где!
Голос, в котором явственно звучала угроза, раздался за моей спиной. Я не хотела выглядеть отчаянной, но стоило только представить, как я остаюсь один на один с этим зверем, вызвало по коже нервную дрожь. Подняв голову, я послала Лоуренсу взгляд, полный надежды. Позже я наверняка буду жалеть об этом — что показала себя слабой, ранимой. Как все те барышни, которые, чуть что, прячутся за спинами мужчин и носа оттуда высунуть бояться. Я считала себя не такой, но… идущий по моим пятам Рэйст лишил меня самообладания.
Лоуренс мягко оторвал мои ладони от своей рубашки и успокаивающе их сжал.
- Все будет хорошо, слышишь? — шепнул он.
Я с усилием кивнула. Заставила себя опустить руки и отступить в сторону. Рэйст подходил к нам ленивой походкой, но в глазах его застыла ярость. Еще бы — кукла вздумала от него сбежать!
- Резвая кобылка, да? — ухмыльнулся граф, заискивающе глядя на Лоуренса. — Эта мерзавка посмела мне не подчиниться!
Не успела я моргнуть, как кулак лорда Галлахара с силой впечатался в лицо Рэйста, с хрустом ломая ему нос. Не знаю, кто из нас двоих пребывал в большем изумлении. Вытаращив глаза и зажимая рукой нос, из которого хлестала кровь, граф смотрел на Лоуренса.