Наконец тот провозгласил:
- За эту рабыню только что было предложено восемь золотых монет.
Повисла тишина. Желающих выложить за меня такую внушительную сумму не было. Восемь монет в копилку Кораса, и я буду принадлежать Немому. Накатила сильная слабость, граничащая с дурнотой. Только не это, пожалуйста, только не это.
В тот момент, когда я услышала громкий крик со стороны площади, я подумала, что светлые силы услышали мои молитвы и ринулись на помощь мне.
Боги, как же я тогда ошибалась.
- Подождите, — громко заявил властный голос, — я хочу на нее посмотреть.
Позабыв о правилах, я вперила взгляд в образовавшийся проход, стремясь разглядеть говорившего. На губах смуглокожего элькхе застыла холодная усмешка, в глазах — сама тьма. Незнакомец проводил по моему телу руками, заставляя меня сжимать челюсти от страха, ненависти и отвращения.
- Слишком худа, — недовольно заметил черноволосый.
Не успела я вздохнуть с облегчением, как он добавил с усмешкой:
- Но красива.
Его сильные пальцы развернули мое лицо на него. Я привычно опустила глаза вниз.
- Посмотри на меня, — внезапно приказал ледяной голос.
Я похолодела — не от тона элькхе, а от его слов. В Непримиримых Землях женщинам строго запрещено смотреть на мужчин, а любое неповиновение карается очень жестоко.
- Я сказал — посмотри на меня. Я хочу увидеть твои глаза.
Закусив губу, я пыталась собраться с силами. Я знала, что не могу ослушаться приказа, как и знала то, что последует за его выполнением. Резко вскинув глаза, я встретилась взглядом со взглядом элькхе, ужаснувшись тому, какими черными, словно сама бездна, были его глаза. И тут же правую щеку обожгло резкой болью — нет, элькхе стал применять ко мне магию боли, он просто ударил меня изо всех сил.
Почувствовав во рту металлический привкус крови, я поняла, что от удара прикусила язык. Не выдержав, сплюнула кровь прямо на площадь, ожидая нового удара. Странно, но его не последовало. Вдруг элькхе наклонился к моему уху и издевательски прошептал:
- Считаешь себя сильной? Я это исправлю.
Он ошибался. Сейчас я чувствовала себя слабой как никогда. Гвендолин… Старшая сестра, Искра, магесса — она всегда защищала меня от любых бед — или порывалась защищать, даже если в этом не было необходимости. Она считала меня слабой, неспособной постоять за себя… и была совершенно права.
Отец… Он защищал меня до последнего вздоха, до последнего биения сердца в груди. Сердца, которое потом безжалостно пронзил Арес Светорожденный.
Краем глаза я увидела, как элькхе, отодвигаясь от меня, поворачивается к распорядителю.
- Я даю за нее десять золотых.
- Забирайте, — немедленно отозвался советник, зная, что больше за меня никто не даст.
Я почувствовала, что от моего самообладания не осталось ни капли, силы тоже меня покинули. Скользнув по шесту вниз, я упала на колени.
- Поднимись, — приказал голос, по холодности сравнимый лишь с ужасающими ветрами Северных Земель.
Я продолжала сидеть на деревянных досках помоста. Внезапно стало так все равно… Упоительное ощущение безразличия, пришедшее на смену страху.
— Я сказал, поднимайся!
С трудом, но я послушалась — ноги дрожали, отказываясь меня держать. Мне пришлось подчиниться — теперь я принадлежала ему. Элькхе. Варвару. Устремив взгляд в пространство, я ожидала заслуженного наказания за свое промедление.
И тут пришла боль.
Казалось, чьи-то темные руки, неся страдание, проникают в самую душу и переворачивают, кромсают ее. Мучительная боль распространялась по телу, но, что хуже всего — она была внутри. Собственное биение сердца, ток крови и прерывистое дыхание — все приносило страдание и было окрашено в черный цвет.
Я закричала, падая на пол. Мой крик все не затихал, пока моему новому хозяину не надоело мучить меня. Магия боли и темноты ушла из меня, а элькхе презрительно произнес: