В каждой руке он держал по револьверу. Глаза его сверкали, лицо было напряжено. Сейчас он выглядел настоящим героем, черт бы его побрал! И если бы Эвелин не успела уже влюбиться в него чуть раньше, это непременно произошло бы в данную минуту…
— Надеюсь, я не помешал воркующим голубкам?
Какая дерзость!
Медджай тут же обхватил Эвелин свободной рукой и повернул ее спиной к себе, превратив девушку в живой щит. Острие его страшного крюка коснулось ее шеи.
Прошло несколько бесконечных мгновений. Три неподвижных фигуры словно превратились в статуи. Однако эта картина вскоре должна была «ожить» и, скорее всего, закончиться трагедией. Внезапно пламя свечи, стоящей на столе, затрепетало. О'Коннелл резко развернулся в сторону возникшего сквозняка, и в тот же момент в распахнувшееся окно в каюту ввалился еще один медджай. Он выстрелил, но Рик успел пригнуться, и пуля, вонзившись в косяк, обдала его целым водопадом щепок.
Плененная первым медджаем Эвелин, хотя и смертельно напуганная, не могла скрыть своего восхищения О'Коннеллом. Тот хладнокровно прицелился во второго «гостя» и дважды спустил курок. Получив две пули в грудь, разбойник опрокинулся на подоконник. Падая, он успел выстрелить. Пуля угодила в керосиновую лампу, та раскололась, и стену, на которой она висела, охватило пламя.
Медджай, удерживающий девушку, тоже увлекся происходящим. При этом острый стальной крюк отодвинулся от горла Эвелин. Воспользовавшись моментом, девушка с неожиданным для себя проворством схватила со стола свечу и ткнула ею назад. Пламя и капли горячего воска угодили прямо в правый глаз медджая. Видимо, это причинило ему невыносимую боль, так как он тут же пронзительно завопил и выпустил Эвелин. Она рванулась вперед и оказалась в объятиях О'Коннелла, а каюта между тем уже превратилась в пылающий ад.
Эвелин почувствовала, как сильная рука Рика увлекает ее в коридор. О'Коннелл, с револьвером в одной руке, захлопнул изуродованную дверь и снова потащил девушку прочь. Однако Эвелин уперлась:
— Подождите!
Он нахмурился:
— Что еще?
Она высвободилась и указала туда, где дым уже начал обволакивать закрытую дверь ее каюты.
— Карта! Нам нужна карта!
— Расслабься, крошка, — усмехнулся Рик и постучал себя пальцем по лбу. — Вот где хранится настоящая карта.
— Совсем неубедительно.
— И все же я поздравляю вас со счастливым спасением.
Он снова схватил ее за руку и увлек за собой, но она опять умудрилась вырваться:
— Подождите!
— Господи! Ну, что там еще?!
— Шкатулка осталась в моей каюте! Она спрятана под койкой.
— И вы хотите сейчас отправиться за ней?
— Но медджай явился ко мне именно за картой и за этой шкатулкой!
— Кто явился?
— Мистер О'Коннелл…
— На объяснения у нас сейчас нет времени, крошка, — отозвался Рик и еще раз решительно ухватил девушку за руку.
— Никакая я вам не «крошка»!
Но он словно не слышал ее слов.
— Нам нужно найти вашего брата… На борту еще осталось, как минимум, двое этих негодяев.
— Но если их целью была я, — задыхаясь, заявила Эвелин, — то Джонатан сейчас тоже находится в опасности.
Они выбрались на палубу и не видели, как по коридору, но только с другой стороны, перемещался как раз тот, кого им сейчас требовалось найти: Джонатан Карнахэн.