Я подняла глаза. Интерес, удивление, недоумение и что-то ещё, никак неподдающееся классификации.
— Я потратила на артефакторское дело пять лет собственной жизни. Я люблю это делать. Но приносить своими изделиями смерть, боль… увольте. Это низко, подло, я не могу. Если вам так нужны военные артефакторы, то это явно не тут надо искать, а в вашей собственной гильдии.
Карие глаза блеснули.
— Что ж, это пока самая распространённая проблема в данной академии. — Он свернул мой аграмант. — Почему-то все уверены, что они ни разу не военные артефакторы, а делать что-то подобное практически преступление.
— Может потому что так и есть… — Тихо сказала я, мне было неловко так говорить, но черт, это и правда было так. — Все, кто учатся тут не хотели быть военными артефактором и странно их принуждать к этому.
— Возможно. Но сейчас я тут главный и считаю, что вполне возможно сменить немного стиль артефактов. А это… — Он повертел кольцо в руках. — Аграмант слабый, едва на удовлетворительно тянет. Как я понял, кольцо должно стрелять, но судя по записям, оно малозарядное, но при этом жрёт немерено магического резерва у используемого. Это первый минус, а второй, это то, что обычный человек без магического резерва просто не сможет им воспользоваться. Опять безделушка, бессмысленная и пустая.
Я замерла. На секунду я восхитилась мистером Д’армэ, даже я бы сказала почувствовала уважение. Немногие бы вообще в этой академии смогли вот так, просмотрев аграмант наискосок, пощупав сам артефакт, сообщить какую-то полезную информацию о предмете, да и ещё вот так разложить по полочкам. Может он не так уж плох?
Я растерянно оглядывала лицо директора, словно бы рассматривая диковинный экземпляр. Я бы вот хотела узнать аграмант к нему. Получить бы такую бумагу, где все-все про человека написано, чтобы знать, его от него ждать и не ошибаться. Я вот сидела и, откинув всякую неприязнь, разглядывала его, а то вечно кружу в свих мыслях и даже не было времени вглядеться в черты его лица. А ведь он красив, если так подумать… девушки редко когда влюбляются в некрасивых. А этот мужчина был красивым, высоким подтянутым, одетым в костюм с иголочки, лицо… я наклонила голову. Мда… симпатично же, почему я не замечала этого раньше? Грубоватые черты, высокие ярко выраженные скулы, широкий мощный подбородок, удивительно узкие губы, густые брови над холодными и колючими карими глазами, прожигавшими во мне дыру.
— Что вы так на меня смотрите, Майорс?
— Нет, ничего, — я вдруг против воли улыбнулась, и улыбка стала ещё шире, когда от него по кабинету плеснуло удивлением, таким искренним и ярким. — Простите, тогда я пойду.
Я заглянула в карие глаза, когда, наклонившись над его столом, забрала аграмант и кольцо. Неожиданно увидела перстень у него на руке, красивые такой, серебряный. Директор был в осадке похоже от моих перемен настроения. Я хмыкнула. Не все ж мне гадать, что у него там на душе происходит?
— Вы меня поняли, Майорс?
— Да. Я переделаю, думаю…
Если смогу, хоть что-то предпринять на этот счёт. Я снова улыбнулась, покидая кабинет.
— Могу я с тобой поговорить? — Инг заметно нервничал, вызывая у меня дрожь по телу. Этот парень, сколько я его знала, всегда был вполне уравновешен и спокоен. Что случилось? Я встала и за ним вышла в коридор. Мы остановились в коридоре около больших окон, обливших нас солнечным светом. Я подняла голов у на Инга и молчала. Он собирался с мыслями.
— Послушай… Я слышал, как вы с Рисой говорили, что твоя бабушка давит на счёт замужества. — Я смутилась, отводя глаза. Как неприятно, что и Инг теперь это знает… — Подожди. Просто мои родители тоже решили резко озаботиться таким делом, но моя невеста разорвала контракт и пропала в неизвестном семье направлении…
— Сочувствую. — Пробормотала я, не в силах понять, как эти два дела взаимосвязаны.
— Может быть ты выйдешь за меня? — Мои брови поползли вверх. — Сама посуди, мы друг друга знаем, примерно характеры и привычки тоже, плюс нам обоим по сути не очень-то это и нужно. Так что мы просто поиграем в семью ради ребёнка, которого отдадим родственникам, потом я куплю тебе дом, буду давать деньги, а ты будешь заниматься, чем хочешь.