— А вы действительно сможете меня домой вернуть? — уточнила я.
— Безусловно. Если ты тоже для меня кое-что сделаешь.
О! Это уже другой разговор! Вот это уже больше похоже на реальность. А то уж слишком подозрительно расщедрилась королева и на призы, и на обещания. Не верю я в благотворительность.
— Что именно я должна сделать? — напряглась я.
— Победитель конкурса заключает контракт с королевской труппой и путешествует с ней. Как ты понимаешь, у труппы, официально поддерживаемой королевской семьей, высокая популярность и, соответственно, доходы. Обычно, труппа сама избирает себе маршрут движения. Однако на сей раз, я хотела бы, чтобы вы послужили короне. Мне нужно доставить письмо моим эльфийским родственникам. Эта информация слишком ценна, чтобы доверять ее телепатической связи.
— А бумаге? — сразу же заподозрила неладное я.
— Никто, кроме эльфа королевской семьи не сможет его прочесть, — пояснила Эльтель. — Оно написано специальным шифром. И содержит довольно важные сведения. На дорогу до эльфийской столицы и обратно у вас уйдет около четырех месяцев.
— А король знает об этом послании? — уточнила я, не желая ввязываться в дворцовые дрязги.
— Разумеется! — уверила меня Эльтель. — Это письмо должно остановить войну, которую планируют начать эльфы. Я не могу позволить, чтобы моему мужу и моей стране угрожала опасность.
— Ты его так любишь? — удивилась я, не заметившая, чтобы Эльтель кидала на своего супруга нежные взгляды.
— Конечно! — вспыхнула эльфийка.
Ну-ну… да Эльтель даже в любительский театр не взяли бы, с ее-то способностями. Точнее, с полным отсутствием таковых. Однако… с королевами не спорят, а потому я сделала вид, что (разумеется!) ей поверила и приготовилась выслушать романтическую историю.
Рассказывала Эльтель интересно, с душой. Вот в ком, блин, менестрель-то умер! Ее эпопея, правда, изобиловал неувязками, натяжками и роялями в кустах, но если учесть, что истории сочинять здесь вообще никто не умеет… то вполне ничего. Особенно мне понравился сюжет с ее похищением и свадьбой. Романтика! Там тебе и цветы, и серенады под балконом, и турниры в ее честь. А я-то думала, что такое только в средневековых рыцарских романах бывает.
— Как же Яргелу удалось тебя похитить прямо из королевского дворца? — хлопая глазами, наивно поинтересовалась я, искренне изображая, что никогда раньше данную историю не слышала. — Ведь наверняка же тебя охраняли. И думаю, охраняли серьезно, как и любого другого члена королевской семьи.
— Меня похитил вовсе не Яргел. В такую безумную авантюру мог влезть только норлок. Личный раб короля Яргела.
— Раб? — на сей раз искренне удивилась я. Нет, Шерман, конечно, упоминал, что он заклят магией на верность, но эпитета "раб" в его рассказе не звучало определенно.
— Раб! — шипящим от ненависти голосом подтвердила Эльтель. — Жестокий, наглый и совершенно сумасшедший тип. Этот норлок не боится ни смерти, ни боли, ни опасности. По-моему, ввязываться в различные неприятности — это просто его вторая натура.
— А первая какая? — хмыкнула я, мысленно соглашаясь со всеми прозвучавшими эпитетами.
— Коллекционировать женщин, — зло фыркнула эльфийка.
— Что-то мне подсказывает, что ты этого норлока крупно недолюбливаешь. Есть причина? — полюбопытствовала я. А что? Интересно же услышать версию другой стороны.
— Ну, скажем так. С момента моего похищения из дворца и до моего попадания к Яргелу я пережила немало неприятных минут. Ни деликатностью, ни тактичностью, ни вежливостью Шерман не страдает. Когда Яргел меня увидел, я была вся в синяках и в полуобморочном состоянии. Шерман запугал меня до смерти. Яргел устроил ему нагоняй, окружил меня заботой, теплом и вниманием. Он был настолько нежен и предупредителен, что тронул меня до глубины души.
— Понятно, — хмыкнула я.
А что? Лично мне действительно все стало понятно после общения с Эльтель. Похоже, эльфийка просто запала на норлока, а тот не ответил ей взаимностью. Вот она и бесится теперь. Бедный, бедный Шерман… и Яргел… это ж надо, такую змеюку на груди пригрели! Впрочем… это их проблемы. Лично мне от эльфийки нужно было только одно — чтобы она меня домой вернула. И если для этого мне придется сделать вид, что я круглая дура и верю всему, что она говорит, значит, я это сделаю.