— Тобой, между прочим, стукнутую, — недовольно буркнул я.
— А может, тебя лучше в больницу отвезти? — неожиданно предложил Мор.
Я вздрогнул, вспомнив мертвые глаза красотки Жанны. А Мор торопливо продолжил, словно опасаясь, что я соглашусь:
— Хотя, не очень хочется рассказывать про нашу первую встречу. Но и здесь тебе теперь оставаться опасно, Аудра может вернуться, а я не могу с тобой постоянно нянчиться. Надеюсь, в скором времени ты что-нибудь вспомнишь. Я ведь уезжаю сегодня ночью…
Он залпом допил содержимое стакана, а я задумался. Что же в моих воспоминаниях сон, а что явь? В голове возник ясный образ старухи, летающей на стойке капельницы. Да, я не слышал ее слов во сне, но сейчас мне казалось, знал — что именно она пыталась сказать.
— Мерцана, — прошептал я. Оглянулся на Мора. Тот сидел в кресле, вытянув ноги и прикрыв глаза. Стакан сиротливо стоял на подлокотнике. Я повысил голос: — Ты знаешь, где находится бар «Хоббит»?
Мор, словно ленивый кот, приоткрыл один глаз.
— Зачем тебе?
— Я не помню, — солгал я, не зная, стоит ли делиться с ним событиями, произошедшими в больнице. Ведь, зная часть, он может узнать и все. Конечно, телевизора у Мора не было, как и радио… Но это не значило, что хозяин не слышал о трагедии в больнице. Вряд ли ему понравится то, что он скрывает у себя возможного убийцу. — Это название постоянно крутится в голове. Может, попав туда, я что-нибудь вспомню. Так ты знаешь это место?
— Был раз в этой забегаловке, — Мор презрительно фыркнул и снова прикрыл глаза. Потом зевнул и добавил: — Только там жесткий фейс-контроль. Боюсь, в моих шмотках ты за гота не сойдешь. — Немного помолчал и ехидно добавил: — Да и за хоббита тоже… даже в своих симпатичных трико!
— Так это бар для готов? — удивился я.
— Для готов и прочих чудиков разукрашенных, — хмыкнул он. — Меня туда друг на Хэллоуин затащил. Модно, понимаешь, стало встречать этот день… словно в России своих праздников мало! Кстати! — Он подскочил и хлопнул себя по лбу. — У меня даже где-то костюм сохранился. Как знал, что пригодится.
Хозяин прошел в кладовку и долго там возился. Я слышал, как он передвигает ящики и бормочет себе под нос. Что-то упало, Мор ругнулся. Облегченный вздох. Вскоре из ниши возник хозяин, в руках он торжественно нес небольшой сверток. Уронил на ковер, отошел в сторону и выжидающе покосился на меня?
— Да брось ты эту дрянь! Мешает же.
Я упрямо покачал головой и, зажав мундштук зубами, развернул черную ткань. Мор круто развернулся и отошел обратно к креслу, плюхнулся в него. Выглядел он сердитым.
— Стукнутый на всю голову! — буркнул он. — Тащит в рот всякую гадость! Переодевайся.
Я отложил в сторону черный костюм и встряхнул длинное, до щиколоток, пальто. На пол упала помятая широкополая шляпа. Скинул рубашку и джинсы, затем быстро облачился в маскарадную одежду. Мундштук при этом не выпускал изо рта, хотя он здорово мешал… но я почему-то боялся расстаться с ним даже на секунду. Словно утопающий, вцепился в эту костяную соломинку. Мне казалось, что вместе с потемневшей трубкой из жизни моей исчезнет и иллюзия хрупкой определенности, и я снова окажусь один на один с наркотическим бредом. Все-таки приятнее согласиться с присутствием в мире магии, чем признать себя умалишенным.
— Туфель твоего размера нет, иди в кедах, — все так же недовольно пробубнил Мор. Он рывком поднялся и быстро направился к выходу.
— Постой, — я вдруг вспомнил, что девушка обратилась ко мне так же, как и старуха в больнице. — Ты случайно не знаешь, что означает слово «весс»?
Мне показалось или Мор на самом деле вздрогнул? Впрочем, в следующее мгновение он безразлично пожал плечами и, не оборачиваясь, бросил:
— Понятия не имею! Поехали, что время зря терять.
— Не терпится тебе от психа избавиться, — понимающе усмехнулся я и проследовал за хозяином.
За нишей оказался большой коридор, который нырял вниз широкой, по-королевски устланной красным бархатом лестницей. Она упиралась в махонькую комнатку, одна стена которой представляла собою большую вертящуюся дверь. В другой стене я заметил небольшое квадратное окошко. Из него недовольно выглянула сухонькая старушка. Она царапнула меня сердитым взором, задержалась на некогда белых кедах, осуждающе покачала головой. И только после этого выдала Мору короткое пальто, шарф и шапку.