Кхм.
Продолжу-ка я об остальной части ванной комнаты.
Душ был великолепен, широкое открытое пространство с двумя золотыми насадками на противоположных стенах — и одной огромной, диаметром около метра, прямо над головой! Полагаю, это для ощущения тех ‘летних ливней’ или еще чего.
О — вы же знаете, как обычно в отелях вам предоставляют крохотный флакончик шампуня и еще один геля для душа? Кроме тех случаев, когда они совмещены в одну универсальную мешанину ‘шампунь/гель для душа’?
Там, в душе, стояли десять различных флаконов, все с дорогими по звучанию названиями. А также, три вида кондиционеров.
Повсюду были зеркала. Два умывальника, установленные в стойку из обсидиана, с золотыми кранами. Рядом с ними набор изыскано пахнущих лосьонов и мыла.
Обалденные полотенца — толстые, шикарные мягкие, белые полотна с вышитым черной нитью словом ‘Дубай’. О, и банные халаты из того же материала висели на стене.
Несколько цветов, собранных со вкусом в композиции, украшали комнату в стеклянных вазах. Орхидеи и — в чем я увидела хороший знак — лилии. Их было совсем чуть-чуть, я вычислила их по приятному аромату. Если бы их было чуть больше в таком закрытом пространстве, возможно аромат уже был бы давящим.
Закончив, я в последний раз осмотрелась и неохотно оторвавшись, вернулась в главную комнату пентхауса.
Выйдя из спальни, я осмотрела остальную часть пентхауса: роскошные кожаные секционные диваны. Широкоэкранный телевизор, больше (и тоньше), чем я когда-либо видела раньше. Изумительный обеденный стол. И, самое удивительное, бассейн с водой в полу, которая светилась, как синий сапфир.
Вот тогда я поняла, что бассейн — около 10 квадратных футов — простирался под стеклянными стенами наружу, где соединялся с более крупным бассейном в уединённом патио. Роскошные уличные кресла и еще больше растений из джунглей в горшках окружали светящуюся голубую воду. Я могла всего несколькими гребками, начиная отсюда, проплыть под стеклянной стеной и выплыть наружу.
Джонни заметил, что я смотрю на бассейн.
— Да, мне это тоже не очень нравится, — сказал он Коннору.
Коннор возвышался над диваном, снимая пиджак и галстук. Передо мной быстро промелькнул милый образ из прошлого, часовой давности, как он стянул с себя одежду.
— Расслабься, там есть ворота, — сказал он Джонни.
Я присмотрелась. Конечно же, прочные металлические ворота тянулись от кафельного дна бассейна до низа стеклянной стены.
— Не переживай, — сказал мне Коннор, — если захочешь поплавать, там есть кнопка, которая их отодвигает. Или…
Он толкнул стеклянную дверь, и она открылась в зону патио.
— …ты можешь выйти наружу, как простые люди.
Джонни с отвращением покачал головой.
— Это помещение слишком небезопасное.
— Нет, оно просто
— Не важно, я бы чувствовал себе лучше, если –
За дверью кто-то был.
Джонни напрягся, и его рука бессознательно потянулась под пиджак.
— Расслабься, это обслуживание номеров, — сказал Коннор. — Но, чтобы убедиться, что это не маньяк-убийца, почему бы тебе самому не проверить?
— Я так и сделаю, — парировал Джонни. Он прошел мимо багажа, который уже был доставлен, прежде чем, мы вошли, и открыл дверь.
Мужчина в накрахмаленной белой униформе стоял за круглым столиком, скрытым под льняной скатертью. На столе были куполообразные металлические блюда, хрустальный кувшин красного вина, два грушевидных бокала и две зажженные свечи в витиеватых серебряных подсвечниках.