Оливия Торн – Все, чего он жаждет (ЛП) (страница 5)

— Действуй.

— Любой ценой, — застонал Себастьян. Он произнес это, словно кого-то цитировал — и я догадывалась, что это был Коннор.

— Ага. Кстати, я проголодался — ты голодна? — спросил он меня.

На самом деле я даже не заметила этого во всем том безумии, предшествовавшем этому моменту — но, когда он спросил, я поняла, что была голодна. Я кивнула.

— Тебе нравится филе-миньон? Омары? Ты ведь не вегетарианка, нет?

— Э-э… да, да, и нет, — немного опешив, ответила я. Думаю, последний раз я ела филе-миньон на праздновании выпускного в колледже. Омара… я даже не могла вспомнить.

А первое и второе одновременно? Как говорят в Нью Йорке, плюнь и разотри.

Коннор вернулся к Себастьяну.

— Закажи доставку в номер, мой обычный заказ, на двоих, через десять минут после заселения.

Последовал еще один тяжелый вздох.

— Полагаю, у меня нет ни единого шанса уговорить тебя на рейс до Нью-Йорка.

— Не-а

— Изменить расписание?

— Ага.

— ХОРОШО, — рявкнул голос, затем более милым тоном переключился на меня. — Мисс Росс?

— Да?

— Не принимая в расчет нашу недавнюю перепалку, постарайтесь не дать ему разрушить Лос-Анжелес — и самого себя — за эти выходные, ладно?

Озадаченно нахмурившись, я посмотрела на Коннора.

— Э-э… я постараюсь.

— По мере возможности. Если он нацелен на что-то, это в любом случае произойдет, поэтому не стоит бросаться под колеса автобуса, чтобы остановить его.

— Хм… лааадно… спасибо за предупреждение…?

— До свидания, Себастьян, — сказал Коннор, словно родитель, говорящий своему непослушному ребенку ‘спокойной ночи’ после второго стакана воды и третьего раза ‘поправь мне одеяло’.

— Пока, — откланялся голос.

Коннор закрыл глаза, покачал головой и затем взглянул на меня.

— Мой сотрудник бывает более… фамильярным, чем должен быть. Я должен был пресечь это еще в зародыше, но… Себастьян со мной уже вечность. И он очень предан мне.

— Он должно быть придурок первого уровня, — сказала я.

Коннор нахмурился:

— Что?

— Пятница, девять вечера и все еще работает? Разве не ты мне говорил, что так поступают только тупицы?

Он ухмыльнулся, узнав свои собственные слова, сказанные чуть ранее этим вечером.