— Еще не вечер, — уверенно сказал он, и усмехнулся.
— Да, ну. Не знаю, в каком мире ты живешь, Коннор, но в моем мире хлебные крошки — это всё, что ты иногда можешь получить.
— Мы либо создаем свою действительность, Лили, либо принимаем действительность, которую нам навязывают другие. У тебя слишком много всего впереди, чтобы мириться с действительностью, частью которой является Клаус.
«О-о-о-ох, мистер Философия», — раздраженно подумала я. — «Мистеры Мамочка и Папочка Оплатили Мое Обучение в Гарварде и Подарили Мне Деловые Контакты с Миллионерами».
Как будто прочитав мои мысли, он остановился, поймал мою руку, и осторожно развернул меня к себе лицом, заглядывая в мои глаза.
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы услышать его первые слова, потому что из-за этой руки на моем запястье, мои ноги ослабели.
— Было ли у меня много преимуществ, когда я рос? Да, было. Я — большой счастливчик и я признаю это. Но частью моего воспитания было то, что я познал свои сильные стороны и узнал, на что я способен. Я никому не позволю говорить мне обратное. Когда я смотрю на тебя, Лили, я вижу красивую…
Я чуть не рухнула.
Он только что назвал меня красивой?!
— …женщину, уравновешенную, очень умную, способную держать себя в руках, и не поддающуюся всякому дерьму. Ой, подожди, пропусти последнюю часть, — сказал он, словно сделал мысленную заметку. Затем он снова пошел. — Я правильно иду?
Какой ОСЕЛ! Пока я его догоняла, у меня внутри все клокотало.
— Знаешь, ты слишком важничаешь для парня, который пришел посмотреть документы чужой компании в пятницу вечером после закрытия.
— Ой, ой, я задел за живое? — засмеялся он.
Боже, он меня так бесит!
— Зачем ты здесь, конкретно?
Он сунул руки в карманы, огляделся вокруг и пожал плечами.
— О, не знаю… подумываю купить компанию.
Я фыркнула.
— Конечно.
Он одарил меня «Эх, кто знает взглядом».
— Может когда-нибудь. Когда накоплю денег.
— Тогда у тебя будет целая компания, чтобы целовать твой зад, да?
О, Боже. Как только я сказала это, я захотела взять свои слова обратно.
Но он просто залился смехом.
— Не знаю, относительно других, целующих мою задницу, но…
Тут он бросил озорной взгляд на мой зад.
— Я был бы не прочь целовать задницу кого-то другого.
Опять свекольно-красная. Пшшш! Вся кровь прилила к моему лицу.
Но на этот раз я застыла на месте.
— Эй, — рявкнула я.