Темный осенний день. Дождь. На сцене одна из комнат кулабуховского проклятого дома: она пустая, грязная и мерзкая. Рамы в больших барских окнах перекосились, и видно, что от окон дует; два стекла в нижней части рамы разбиты и заменены доской; гнилые обои местами отстали и угрожающе нависают. Обстановки нет никакой, если не считать большого кухонного стола, как будто брошенного посреди комнаты, и нескольких случайных стульев. За окнами – всего три – в сетке дождя смутно видны почерневшие углы и крыши надворных построек, а за ними – голые стволы и ветви большого и старого сада…