Над городом неподвижно висели серые тучи; на грязную землю лениво лился мелкий дождь, окутывая улицы тусклой, дрожащей пеленой… Окружённая плотной цепью полицейских, по мокрому тротуару, прижимаясь к сырым стенам домов, медленно двигалась густая толпа мужчин и женщин, а над ней раздавался глухой, неясный шум. Серые, мрачные лица, крепко сжатые челюсти, угрюмо опущенные глаза. Некоторые растерянно улыбаются и развязно шутят, пытаясь скрыть обидное, тяжёлое чувство бессилия. Порой слышится сдавленный крик возмущения, но он звучит тускло и неуверенно, как будто человек ещё не решил: пора ли возмущаться или уже – поздно?..