Раннее утро 15 апреля 1916 года. Балтика наполнялась холодом — не жестоким зимним, а сыроватым, пронизывающим, словно сама вода стремилась проникнуть под шинели и бушлаты. Небо, закрытое серой пеленой, сливалось с морем на горизонте, и лишь редкие проблески рассвета придавали волнам тускло-розовый оттенок.