Григорий лежал передо мной с аккуратной дыркой в лбу. Крови не было, она, казалось, исчезла, вероятно, осталась в черепе – в той самой голове, что строила грандиозные планы по расширению производства, той, что управляла «Kuklovod Incorporated», той, где однажды родилась мысль сделать меня его женой.
Григорий лежал с аккуратной дыркой в лбу, тяжелым телом примяв шерстяной ворс дорогого ковра (я пыталась убедить его, что такие ковры – это уже не модно, но разве он слушал, Григорий никого не слушал), а я стояла рядом с револьвером в руках – окаменевшая, беспомощная, потерявшая дар речи и способность соображать.
Самое главное – я не помнила, как сделала роковой выстрел.
Я вообще не знала, как сюда попала.
***
Приводя в дом восемнадцатилетнюю девушку, мужчина в возрасте с большой семьей автоматически обрекает себя на неприятности.
Но, конечно, никто не ожидал столь радикального решения проблем.