Вторая книга трилогии «Имение» открывает мир, куда не ведут двери. Здесь Дом перестает быть просто местом — он превращается в систему, которая адаптируется под дыхание Алисы, ощущает её шаги и отвечает тишиной, более тяжёлой, чем любой звук. Потерянный ключ оказывается не утратой, а пробуждением: метка на её коже становится частью замысла, существующего в стенах задолго до её прихода.
Коридоры меняют оси, плоскости становятся уравнениями, а тень внутри неё уже не просто следует — она направляет. Алиса перестаёт быть гостем. Она становится центром механизма, который выбирает её как новую форму.
Однако, чем глубже она погружается в Дом, тем яснее осознаёт: найденный доступ — это не спасение. Это право увидеть то, от чего большинство людей предпочло бы убежать. И когда пространство становится продолжением её тела, остаётся лишь один вопрос — что именно Дом хотел открыть, пробуждая её имя.