— Скажи мне что-нибудь такое, чтобы я пошёл и утопился, пока не сделал этого с этой женщиной! — голос друга звучит измотанно и нервно одновременно.
— Что стряслось? Неужели Милана начала давать отпор твоему величеству? — ехидно спрашиваю я, присаживаясь на садовые качели. Беседка осталась по другую сторону дома.
— Судя по имени, она должна быть милашкой. А на деле — самая настоящая ведьма!
— И что ты натворил на этот раз?
— Да ничего особенного! Разозлился на её дядю и… В общем, я обещал, что не буду кричать. И я не кричал, клянусь! Просто высказал всё, что о нём думаю. Но она… Ведьма! Сначала мило улыбалась тому придурку Зафару, а потом взяла и наказала меня! Заставила выбивать пыль из всех ковров в доме. А сейчас…
— Что сейчас? — с трудом сдерживаю смех.
— Не смей смеяться!
— Конечно нет.
— Она достала откуда-то старинную штуковину, на которой стирали ещё наши бабушки, и… И отправила меня стирать! Меня! — он орёт в трубку, а я так хохочу, что чуть не падаю с качелей.
— В. Воспитание! — констатирую факт, еле выдыхая от смеха. — Она сделает из тебя человека, друг!
— Да пошёл ты! Я тут с ума схожу от её выкрутасов, а ты ржёшь! Своей милой улыбкой она меня в гроб вгонит!
— Значит, улыбка у неё милая? — не сдаюсь я. — И насколько?
— Иди к чёрту!
— Ты бы поторопился со свадьбой, а то вдруг Зафар окажется шустрее, — поддразниваю я, зная, что это выведет его из себя.
— Ага, сейчас! Он к ней и на шаг не подойдёт. Она моя жена и…
— Бывшая!
— Какая разница? Моя? Моя! В общем, от тебя толку ноль. Пойду погляжу в интернете, как этим древним аппаратом пользоваться. Эта женщина…
С хохотом отключаюсь. Друг хорошо влип. Но в этой ситуации есть огромный плюс — Милана явно на него влияет. Если раньше он злился при одном её упоминании, то теперь готов даже стирать… Возможно, именно она станет тем, кто сможет усмирить его буйный нрав. А ярости в нём и вправду накопилось с избытком.
— Вы, — внезапно передо мной возникает девчонка.
Я с удивлением смотрю на неё. Сама пришла? В темноте? Пусть вокруг горят фонари — всё равно смело. Ко мне? И куда же подевался её страх?
— Я, — подтверждаю я, поднимаясь с качелей.
— Держите свой язык на замке! Не смейте разговаривать с моим братом! Не смейте даже упоминать о нашем… проклятом знакомстве!
— Проклятом? — я напрягаюсь от этого слова.
— Именно так! В следующий раз, когда брат захочет поговорить, настаивайте на том, что не знаете меня! Потому что я знать вас не хочу! — в её глазах горит настоящая, неподдельная ярость.
— Скажи мне, — я делаю шаг вперёд.
В ту же секунду ярость в её глазах гаснет, сменяясь всё тем же леденящим страхом. Всего один шаг — и от разъярённой фурии не остаётся и следа.
— Где и как мы познакомились?
— Не дай Аллах ни одной девушке такого знакомства, — её голос дрожит, а на глазах выступают слёзы.
— Я причинил тебе боль? — тихо спрашиваю я, сжимая кулаки.
— Задайте себе этот вопрос, когда вспомните всё. А это случится. И очень скоро, — она горько усмехается, смахивая слёзу с щеки. — Запомните одно: вы — никто для меня, для моей семьи, для мо… Неважно. Просто исчезните, как только состоится свадьба. В дальнейшем я постараюсь не бывать там, где будете вы.