Слёзы застилают глаза, но я не позволяю себе заплакать. Не сейчас. Не перед ним.
— Успокойся…
— Успокоиться⁈ — мой голос срывается на крик, в горле ком. — Да пошёл ты к чёрту, Эмиль! Я успокоюсь только тогда, когда ты навсегда исчезнешь с моего горизонта!
— Ди…
— Что тебе от меня нужно⁈ — колочу его изо всех сил, ярость застилает разум. — Что ещё ты хочешь со мной сделать? Замучить окончательно? Сломать окончательно?
— Хватит! Прекрати истерику! — его крик оглушает, встряхивает меня так, что зубы стучат. — Сколько можно? Всё время одно и то же! Я уже сто раз говорил: ты моя, и я тебя никуда не отпущу. Что тут непонятного⁈
Его слова — как удары ножа в сердце.
— Мне непонятно всё! — рыдаю в голос, теряя контроль. — Ты женат, чёрт тебя подери, а мне заявляешь такое! Решил сделать из меня любовницу? Не хватает подстилки под боком? Так внизу Света сидит, и она будет счастлива занять это место! Она будет счастлива занять моё место!
— Прекрати нести чушь! — его голос дрожит от раздражения. — Ты не хочешь ни слушать меня, ни принимать мои действия. Как мне ещё к тебе подступиться?
— Никак! — кричу, выплёвывая каждое слово. — Ты больше не имеешь права появляться в моей жизни!
— Я правда пытался быть с тобой помягче, — он отступает на шаг, нервно ерошит волосы. — Правда, Ди, но ты никак не успокоишься. Значит, придётся действовать по-другому. Ты летишь со мной завтра на мою Родину!
— Не полечу! И что ты сделаешь? — бросаю ему вызов, хотя внутри всё дрожит от страха.
— Хорошо, — он пожимает плечами, его взгляд становится ледяным, безжалостным. — Если завтра в три часа я не увижу тебя в аэропорту, то я навещу твою бабушку. Ты не хочешь слушать — значит, выслушает она.
— Ты не посмеешь, — шепчу, не веря своим ушам, глядя на него в ужасе.
— Вот и проверим, посмею или нет. Всё зависит от тебя. Или ты летишь со мной, или я встречаюсь с бабушкой. Выбор за тобой.
— Да что ты за человек такой? — кричу, колотя его в грудь изо всех сил. — Зачем ты всё это делаешь? Своей жены не хватает?
— Ты моя жена, идиотка! — орёт, резко хватая меня за кисти рук, сжимая их до боли. — Ты моя законная жена, и я не позволю тебе просто так исчезнуть из моей жизни!
Его слова бьют наотмашь, словно пощёчины. В голове кружится, мир вокруг кажется нереальным. Он всё ещё считает меня своей женой? После всего, что сделал? После того, как уничтожил мою репутацию, мою жизнь, моё достоинство?
— Что? — шепчу, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Как жена?
— Самая настоящая жена по всем законам государства и религии! — его голос звучит твёрдо и уверенно. — Забыла, как мы расписывались в ЗАГСе? А никах? То, что ты два года жила одна, не означает, что брак расторгнут!
— Но твой брат сказал, что… — мысли путаются, реальность рассыпается на куски. Как такое возможно? Все эти два года я была его женой? А как же аннулирование, о котором говорил Расул?
— У моего брата нет никаких прав признавать мой брак недействительным, точно так же, как не может расторгнуть наш никах! — его глаза сверкают от гнева. — Ты всё ещё моя жена и останешься ею навсегда!
Он поднимает перед моим лицом руку, демонстрируя безымянный палец с кольцом.
— Это кольцо надела мне ты, и никто его с меня не снимет!
Я потерянно смотрю на кольцо, не в силах принять его слова. Жена… Я была его женой все эти годы. Наш брак не аннулировали. Что мне теперь делать?
До этого момента я убеждала себя, что бегу от него, потому что больше не хочу быть связанной с ним. Но теперь… Теперь некуда бежать. Я всё ещё замужем, и развод мне точно не дадут. Как я объясню это бабушке? Её сердце не выдержит такого удара.
В голове вихрь мыслей, сердце готово выпрыгнуть из груди. Всё, во что я верила последние два года, оказалось ложью. Я не свободна. Я всё ещё его жена, и он не собирается отпускать меня. Никогда.
— На правах моей жены завтра ты летишь со мной, — его голос звучит как приговор. — Или я приду и расскажу про всё бабе Маше. И про прошлое, которое ты отказываешься слушать, и про наш всё ещё действительный брак. Выбирать тебе, Ди. Или поездка на пару дней в Дагестан, или правда, которую узнает твоя бабушка.