– Ты о помолвке? Да, правда. – голос в конце дрогнул.
– Оу, сожалею. – переглянулась с Гюнай. – Ничего страшного, выйдешь за другого.
– Например, за учителя Аяза. – усмехнулась Гюнай, а Эдже хихикнула.
– У нас с ним ничего не было!
– Ну да, конечно. Поэтому заперлись там?
– Эдже, я, вообще-то, вернулась в спортивный зал из-за тебя. Ты ведь оставила мою кофту там.
– Не впутывай меня в это. – откинула волосы за спину – Ещё скажешь, что это у меня с ним роман, будучи помолвленной.
– Ты мне подруга или кто? – с неверием смотрю на неё и не понимаю.
– Подруга, подруга. Пока не опозорила себя.
– Да, да. Заигрываешь с учителями. И мы из-за тебя скоро станем позором семьи. Уж лучше держаться от тебя подальше. – улыбнулась Гюнай – Тем более Хасан от тебя отказался.
– Пойдём, Гюнай. У нас нет ничего общего с этой позорницей. – с милой улыбкой встала и, взяв под руку Гюнай, отошли.
Как я могла дружить с ними? Как не заметила в них эту гниль? Обвела взглядом класс и натолкнулась на Хасана. Смотрит на меня с презрением, скривив губы. Вдруг взял и плюнул на пол, показывая, как он меня презирает. И жених оказался засранцем. Зачем я только пришла сегодня на учёбу?
Весь день прошёл словно в тумане. Отовсюду шепотки и смешки. Презрение в глазах. Но я упрямо досидела до конца. Завтра выходной день, и слухи немного улягутся. После будет лучше. По-другому и быть не может.
Не успела выйти со двора университета, как увидела братьев. И уже не сдерживая слёзы, побежала к ним.
– Всё хорошо, Лучик. – поцеловал макушку брат Назар, сжимая в объятиях. – Всё уже прошло. Ты справилась.
– Кто хочет мороженого? – весело спросил брат Хабиб. – Я и Сая. Вам двоим нельзя, вы сразу заболеваете. Пошли Сайка.
– Слушай, у меня всё ещё рука чешется врезать кому-нибудь меж глаз. И я даже знаю кому. – прищурился, смотря на вход в университет. Обернулась, а там Хасан, косясь на нас, идёт.
– Не надо. – всхлипнула, вытирая слёзы. – Вы были правы. Он мне не подходит.
– Вот и умные мысли начали проявляться. А теперь за мороженным. Возьмём себе по две порции Сайка. Эти пусть сидят и облизываются. – затолкал меня в машину брат Хабиб.
Выходные семья не оставляла меня ни на секунду. Кто-то всё время был рядом и развлекал. Заставляя забыть о произошедшем. Но наступил понедельник и начался мой ад.
Думала, за прошедшие выходные дни люди остынут, но такое чувство, будто они только ещё больше взвились на меня. Начались окрики парней в спину с неприличными предложениями. К концу пятой пары, я уже с трудом держала себя в руках. А впереди ещё одна пара. Физкультура. Хотела сбежать с урока, но неожиданно подскочили ко мне Гюнай с Эдже и, взяв под руки, потянули в раздевалку. Я была в растерянности и пошла с ними. Пришла в себя только в раздевалке.
– Ты же не хотела прогулять урок? – с усмешкой спросила Эдже, сложив руки на груди.
– Мы как твои лучшие подруги не можем тебе этого позволить. – добавила Гюнай.
– Мы тоже считаем, что тебе нужно посетить урок. Тем более учитель благосклонен к тебе. – хихикнули однокурсницы – Или он разрешил тебе прогулять урок?
Напали на меня как хищницы. Трясущимися руками и со слезами, переоделась. Девочки ни шагу без меня не сделали и ждали. Проводили в спортзал, хихикая за спиной.
Учитель Аяз встретил нас, как обычно. Никакого провокационного взгляда, никаких жестов в мою сторону. Девочки сразу начали хихикать и советовать подойти к нему. Молча прошла на скамью и присела, ожидая начала урока.
Весь урок втихую меня оскорбляли, советовали много грязного, предлагали запереть меня с учителем в зале. Ни слова никому не сказала и молча прожила этот урок. Как только прозвенел звонок, вылетела за дверь и взяв свои вещи, не переодеваясь, убежала из университета. На улице меня ждал брат Хабиб.
– Опять? – спросил он, посадив в машину.
– Всё хорошо. Они скоро отстанут. – не хочу семью ещё больше впутывать в эту грязь. Братья могут не сдержаться и пойти на разборки. Но рты всем не закроешь.