— Ну это не плохо. — Разговор как то не клеился. Я чувствовала свою вину перед ним, и не могла быть убедительной. Стас же не мог пересилить свой характер и просто общаться. — Зато тут нет времени и возможности заниматься ерундой. Но ты, я смотрю, подтянул свои навыки в игре на гитаре. У тебя и правда талант. Я буду рада, если ты продолжишь.
— Я бы хотел. Тем более воспитатели говорят, у меня неплохо выходит.
— И я говорю. Круто. Ты молодец.
Казалось вот-вот мы сможем уже говорить свободно, но тут лицо брата резко стало недовольным.
— А он что тут делает? — фыркнул Стас и я сразу заметила приближающегося Орлова в компании нескольких мужчин в форме.
— Игорь привез меня сюда. Я же не знала как добраться. Он просто помог.
— Я видел, как он тебе в зале помогал. Он везде тебя возит? Метит территорию?
— А ты что — то имеешь против? — не удивительно, что Орлов вмешался. Он всегда вмешивался, если считал нужным. А так он считал всегда. Но сейчас я была даже этому рада. Аргументов для брата у меня не было, а Игорь умел осадить брата.
— Да вообще нет. Ваше дело. Только кажется, что меня контролируете. Переживаете, чтоб не сбежал?
— Чтоб нервы сестре поменьше мотал. А то она как лимон выжата после всех твоих выходок.
— А давайте не будем выяснять отношения. Пожалуйста. — я все таки решила закончить этот легкий дружеский разговор, чтобы он не перерос в ругань.
— Как скажешь. — И Орлов снова приобнял меня, на глазах у брата. Тот же отреагировал вполне спокойно, как будто ничего не произошло.
— Прошу прощения, — один из тех мужчин в форме, с которыми шел Орлов, обратился в нам. Точнее ко мне. — Алина Витальевна, я очень извиняюсь, но курсантам пора на ужин. Если хотите еще пообщаться можете позже еще навестить брата. Приезжайте. Но на сегодня, к сожалению, время вышло. Режим. Сами понимаете.
— Как? Уже? — мне было жутко обидно, что я проделала такой длинный путь и почти не пообщалась со Стасом.
— Ну так. — пожал плечами брат и еле заметно улыбнулся.
— Ну обнять-то брата я могу на прощанье? — и не дожидаясь ответа сжала Стаса в крепких объятиях. — Прости меня, я тебя очень люблю! — И слезы сами побежали из глаз. Так не вовремя.
— И я. — прошептал несмело он мне еле слышно. Но мне было достаточно.
Стас ушел, махнув мне рукой. Я была счастлива. Теперь я могу быть уверена, что Стас исправится и может быть мы сможем в будущем нормально общаться. По крайней мере шанс у нас есть, это точно.
— Извините, — я обратилась к этому мужчине, — скажите, а как он вообще? Как ведет себя? Как учится?
— Разрешите для начала представиться. Ковалевский Александр Львович, подполковник в отставке. Директор этого заведения, — он протянул мне руку для приветствия. Но не пожал мою как я ожидала, а легко коснулся губами тыльной стороны ладони. Меня же это повергло в шок от неожиданности Он же продолжил вполне спокойно. — Проблемы есть, скрывать не буду. Но и времени мало прошло. Не переживайте. Все будет хорошо. Через год вы не узнаете своего брата. У нас отличные специалисты.
— Да, Алин, ты можешь быть спокойна за брата. — вмешался мой персональный телохранитель. — Тут отличный педагогический и инструкторский состав. А еще хороший психолог.
— Психолог? — я была немного удивлена.
— Ну да. А что вас удивляет? Георгий Михалыч у нас военный психолог. Хороший специалист. Он с такими случаями работал, что трудные подростки для него не такие уж и трудные.
— Да нет. Все нормально. Просто удивляет, что Стас спокойно занимается с психологом. Такое вообще в диковину.
— Ну не так спокойно было сначала. Было всякое. Ваш брат действительно очень колючий парень. Но ничего. И ему на пользу.
— Для Михалыча нет ничего невозможного. — подхватил Орлов. — Аль, не переживай. Твой брат в надежных руках.
— Я вижу. Спасибо вам большое. — я не могла не поблагодарить мужчину.
— Спасибо скажите Игорю. А мы просто делаем свою работу. А теперь прошу и меня извинить. Мне тоже пора.
Мужчины тепло простились, как добрые приятели. Их явно связывало что-то большее, чем просто общение.
— Ну что, миссия выполнена? — довольный собой Орлов стоял, сложив руки на груди, и улыбался во все тридцать два зуба. — Можем ехать?