— А какие варианты? — Выдохнула я. И машина тронулась.
— А ты азартная! — усмехнулся начальник, когда мы выехали на оживленную дорогу. Время было уже часа два дня и машин было еще достаточно, хотя еще и не час пик.
— Не очень. Просто так получилось. Я разозлилась.
— Ааа, ну тогда понятно. А эта Машкова, она твоя конкурентка?
— Да какая она мне конкурентка! — Я еле сдерживала раздражение. — Просто девочка решила, что если она дочка мэра, значит перед ней открыты все дороги!
— Ну а если она и правда способная. Здоровая конкуренция это же хорошо.
— Я не против здоровой конкуренции. Когда по честному. Но столкнуть человека с лестницы, намерено, так, чтоб с травмой — это не здоровая конкуренция. Это подлость.
— Это она тебя столкнула?
— Да. В тот день, когда папа не пришел на работу. Ему позвонили с комплекса. Сказали, что я без сознания. Я и правда вырубилась. Когда головой ударилась. Но быстро пришла в себя. А папе уже сообщили. Я знаю, что его нельзя дергать по мелочам, когда он на работе, но так получилось. — Я не собиралась оправдываться, так вышло. Мне хотелось, чтобы он понял, что ошибся и папа не виноват.
— Ну вы там вообще конечно. — присвистнул он. — А почему ее не сняли с соревнований? За неспортивное поведение.
— Потому что этого никто не видел. Кроме нас никого не было. Да и уже не важно. Все равно она ничегошеньки не получит. Я ее сделала, даже со сломанной рукой!
— Ты так уверена?
— Да. Она прыгала сразу после и я уже узнала у девчонок. Медаль точно моя.
— Оно того стоит?
— А вы сами не такой? — Он удивился моим словам. — Вы же тоже готовы на все ради достижения своей цели! — я заметила, как ему было неприятно и прикусила язык. Хватит с меня косяков на сегодня
Мы уже подъехали к большому зданию и я поняла, что это какая-то крутая больница.
— А что мы тут забыли? Это же не травмпункт.
— Ну, в районной больнице я видел уже как тебя приняли. Думаю, тут с этим справятся лучше.
Я не стала спорить. Больно было уже так, что я согласна была на все.
Горелов молча провел меня в кабинет травматолога. Мне тут же сделали рентген и действительно обнаружился перелом. Причем доктор был в шоке, когда узнал, сколько я так проходила.
— И голову ей проверьте. — Горелов обратился к врачу, когда тот выписал направление еще и на анализы. — Тут явно есть проблемы. Тем более имел место удар о бетонный пол.
Вот ведь сволочь! Еще и ненормальную из меня сделал! Вот только к чему такая забота?
До выхода Насти я не мог думать ни чем, кроме слов Белозерова. Он ведь не мог так быстро найти новую работу. Или мог? Думать, что я зря теряю драгоценное время, мне не хотелось.
Почему бы просто не задать прямой вопрос? Для меня ответ очевиден — я не мог перешагнуть через свои принципы. А он гордо не поднимал тему работы и своего увольнения. И мы как два упрямых осла говорили обо всем, кроме важного. Хотя назвать беседой это можно было с натяжкой — так, пара ничего не значащих фраз. Но я заметил, что его задело мое знакомство с его дочерью. Ему явно не понравилось. И я понял главное — Настя это его слабое место.
Девушка была не избалована, но она однозначно привыкла к определенному уровню жизни. А в моей фирме ее отец зарабатывал достаточно, чтобы этот самый уровень ей обеспечивать. Без работы сейчас ему будет сложно это делать.
Я упрямо не хотел думать, что за два дня он смог устроиться уже в другое место. Это сложно даже для профессионала его уровня.
Тем временем уже закончилась официальная часть и прозвучала фамилия первой спортсменки. Я не расслышал, так как был погружен в свои мысли, но по поведению своего соседа понял, что сейчас выйдет его дочь. Он так напрягся, весь сгруппировался, и превратился в комок нервов. Очень переживал. Даже я поддался его настрою. Хотя пришел сюда совсем для другого. Но уже самому стало интересно, так ли хороша эта девчонка.
Настя шла по краю бассейна к вышке с грациозностью пантеры, а черный глянцевый купальник с одним рукавом переливался в свете многочисленных ламп, которые большей частью были устремлены на нее. Это еще больше придавало ей вид кошки. Ее волосы были собраны в пучок, как и у всех спортсменок. Яркий макияж не выглядел пошло, хотя без всех этих разукрашек, она была немного милее, чем сейчас. Но видимо того требовал дресс-код.