— Было бы не плохо. Меня тут как раз пригласили на юбилей одного из партнеров. Так что пойдешь со мной.
Я, конечно, не рассчитывала на романтику в нашем сотрудничестве, но все же хотелось, чтобы приглашение прозвучало более дружелюбно.
— Как прикажете, — скривилась я. Это не укрылось от него, но он предпочел не реагировать. Только в очередной раз ухмыльнулся. — Когда?
— Завтра вечером. Я заеду в шесть. Будешь готова?
— Как будто может быть иначе! — я не сдержалась и закатила глаза. — Можете не переживать.
— Настя, и еще один момент, — мы уже подъехали к универу и припарковались прямо у крыльца. — Мне кажется не совсем уместным, что ты обращаешься ко мне снова на «ВЫ». Мы же вроде переходили уже на «ТЫ».
Горелов светил на публику своим ослепительным оскалом и смотрел на меня с неподдельным интересом, что я разочаровалась в нем окончательно. Человек способен так правдоподобно играть искренность! Теперь понятно, почему он был таким дружелюбным раньше. Ему просто это было НУЖНО. Как и сейчас.
Какая же я все-таки дура!
— Это было до того, как мне стали известны ваши искренние мотивы. Так что теперь это все неактуально. — я вышла из машины. Нет, я вылетела, пока он не успел выйти вперед меня.
— Позвони, я заберу тебя, когда закончишь! — крикнул он мне в открытое окно. Хотя я прекрасно понимала, что адресовано это было толпе зевак, которые не сводили с нас глаз.
Какой актер пропадает. Срочно Оскара! Талантище просто!
Я не стала отвечать ему. Хотя махнуть рукой все же пришлось. Для моей репутации ведь старается как-никак! Но дружелюбную улыбку выдавить не удалось — моя актерская игра еще не на таком высоком уровне.
Горелов с пафосом рванул с места, привлекая к себе еще большее внимание.
Его старания не прошли даром — на меня буквально обрушился шквал вопросов.
— Насть, это тот самый Горелов, да? — первая сплетница нашего курса Юлька, прорвалась буквально ко мне. — У вас отношения да?
— С чего ты взяла? — я сталась быть максимально невозмутимой и направилась в аудиторию. — Мы просто друзья. Папа работал в его фирме. Вот мы с тех пор и общаемся немного.
— Это про тебя с ним писали в газетах? — Юлька не унималась. Жажда свежих сплетен застилала ее разум.
— Ты чего пристала? — мне на помощь пришла Алла. И я была ей благодарна. — Зависть берет, что не про тебя в газетах пишут?
— Да уж, конечно! — фыркнула Юлька. — Пиар то так себе!
— Так потому что такие же сплетники как ты и писали. От зависти. Правда Насть?
— Правда, правда. Пойдемте уже. Я не собираюсь ни с кем обсуждать свою личную жизнь. И желтых газет не читаю. И вам не советую. Если уж и читаете, выбирайте проверенные источники информации. — Я очень надеялась, что на этом обсуждения закончатся.
Хотя глупо было рассчитывать, что такая тепленькая новость так быстро забудется. Но надо признаться, что финт Горелова произвел впечатление. На меня смотрели скорее с завистью, чем как на распутницу.
«Еще бы! Такого мужика отхватила!» — что-то подобное я слышала несколько раз, пока шла до аудитории.
Ну и слава богу. Первый раунд за нами.
Теперь бы мне так же убедительно отыграть свою партию. И можно, наконец, вздохнуть свободно и забыть о Горелове навсегда!
Несмотря на подписанный контракт, мелкие проблемы сыпались как из рога изобилия. Мне удавалось решать их достаточно быстро, но их количество не давало возможности перевести дух. Еще и эта мерзкая статейка подлила масла в огонь. Партнеры смотрели косо, но прямых вопросов не было. Просто возможности не было их задать. Алексей, как ни странно для него в последнее время, включился в работу и даже вполне успешно. Но между нами уже не было того доверия, что раньше.
Обычно я не посещал мероприятий, которые не носили статус официальных. Или не имели прямой выгоды для бизнеса. Но от приглашения Крайнова отказываться не стал. Он пригласил меня не просто так — тоже наверняка видел эту ахинею. И думаю, захотел проверить, способен ли я на что-то подобное. Мы ведь теперь партнеры.
Пригласить Настю на это мероприятие было самым верным решением. Кому как не ей собственной персоной проще всего подтвердить мою порядочность. Вот только в ней я не был до конца уверен.