После боя ему всегда хотелось жрать.
Но он был слишком занят мыслями о поисках каменюки, поэтому не подумал прихватить что-то из общего котла.
А право он-то теперь имел – без очереди лапу в котёл запустить.
Решив проверить содержимое карманов пальто на предмет съестного, орк нашёл сухарь, чему обрадовался, и потрёпанную книжку, чего огорчился.
Книжку нельзя было съесть в отличии от сухаря.
Но Ухтхаакх всё ж на всякий случай проверил – книжка действительна была несъедобна по причине чего было отложена в сторону.
Некоторое время спустя из-за скуки, вызванной невозможностью, потолкаться с другими бойцами, орк открыл книжку.
Как и все, виденные им книжки, в этой были слова.
Но, в отличии от других, виденных орком книг, слова эти были написаны на разных языках, разными руками и в разное время.
Ухтхаакх не был грамотен, но смысл написанного он понял.
Понял и заулыбался.
Книжонка-то не простая и пальтишко непростое.
Вон чего человек с ними смог наворотить.
А он, Ухтхаакх, чего сможет наворотить?
Приставка Великий точно пойдём к его имени – так решил орк и, поднявшись с каменюки, пошёл прочь, искать великих свершений.
Великим Ухтхаакха не стали называть.
Стал он сперва Ухтхаакх Приносящий бурю, а потом, как и все до него, кто носил в пальто с чужого плеча старую книжонку, просто Буревестником.
Вербург. За несколько десятилетий до Падения Небес.
То, что что-то пошло очень сильно не по плану, Лилит поняла сразу как они вышли из портала.
Вербург был мёртв.
Архангел, возглавлявший отряд Ангелов, осуществлявших её транспортировку в изолятор класса Легион, среагировал с опозданием – это стоило ему жизни – нечто со взглядом, в котором плескались безумие и ненависть снесло Архангелу часть черепа.
За своим командиром пали и подчинённые – разрубленные, разорванные, растоптанные.
Лилит визжа от ужаса забилась в дальний край клетки, закрыв лицо руками – как будто это могло спасти от смерти, что безумствовала снаружи.
Это и не спасло б – просто Великий Пустой, справился с приступом гнева, из-за того, что кто-то помешал его размышлениям до того, как настала её очередь.
– Читал о тебе. – разламывая клетку, произнёс он.
Кровь, пропитавшая его одежду, капала вниз, на залитые этой же кровью плиты.
– Удивлён, что такая, как ты, смогла так долго выживать в этом мире. – оглядывая Лилит поделился своим мнением Великий Пустой.
Лилит вжималась в угол клетки всё сильнее, стараясь хоть на волосок отстраниться от ужаса, стоявшего рядом.
– Удивлен и признаю, что у тебя свой путь, не лучше и не хуже моего, но также, как и мой, ведущий, возможно, не туда, куда нужно нам, а куда им, – он кончиком сапога легонько пнул чью-то отрубленную конечность, – было нужно, поэтому я не могу позволить тебе жить в одном мире с теми я, которыми я когда-нибудь смог бы стать.
Кровь начинала по сочилась по её лицу – так сильно впились ногти в кожу.