– Поспать это ты хорошо предложил. Это нужное дело. – вновь поддержал меня Командующий.
– А что с ним делать будем? – это Проповедник о Человеке.
Лежит наш Человек рядом с Богом Сотворённым – не отличить одного от другого.
– Вытащим отсюда, разумеется, да и ляжем рядом, вздремнём.
– С каждой фразой ты мне всё больше нравишься, Сатана. Если будешь набирать армию для захвата Мира, знай – один солдат для неё у тебя уже есть. – улыбнулся Командующий.
– Сатана прав. – Семипечатник был вторым, после Командующего, кто понял, о чём я это. – Мы слишком опасны для этого Мира, мы должны «поспать», а там, если надо будет, можем и «проснуться».
– С учётом того, что мы сотворили в мире Легенды дабы одержать победу на этом Поле, «поспать» будет наиболее разумным. – кинул Проповедник. – Не хотелось бы, знаете, убивать тех, кто имеет полное право жаждать нашей гибели.
Это он верно сказал.
Не хотелось бы убивать.
Наубивались.
Хватит.
Поле перед Небесными Вратами. 64 год после Падения Небес.
Человек. Он сидит у костра. Жуёт мясо. Мясо вышло жёстким и малоприятным на вкус, но Человек упрямо вгрызается в него зубами. «Было бы понятно, если бы такое мясо было у творений Сатаны, чьих тел тут валялось с избытком, но отчего же таким оказалось мясо ангела?» – ответа на этот вопрос Человек не знал да и не искал особо. Мясо как мясо – желудок набило уже хорошо.
Ножи это тоже хорошо. Человек нашёл Себе на Поле давно минувшей битвы много ножей. Два клинка с узкими лезвиями, Он прикрепил к левому предплечью, с внутренней и внешней стороны, один – к правому. Мощный скрамасакс разместил за спиной, прикрепив ножны к поясному ремню. Ещё два клинка – на бёдрах рукоятями вниз. Перевязь через грудь, от левого плеча к поясу, хранит почти дюжину метательных ножей. В голенищах обоих сапог – по клинку.
Несомненно, Человек мог бы найти Себе меч, но мечи Он не любил. Слишком прямые, слишком честные. Ножи куда сговорчивее, когда необходимо убить кого-то.
– Силу силой хотели превозмочь. – катает в голове Человек мысль. – Не вышло.
Человек. Он сидит у костра, а рядом с ним сидит Его Смерть.
Сидит. Молчит.
Молчит. Вот и прозвал Он про Себя её Молчуньей.
– Не вышло. – думает Человек, жуя жёсткое мясо.
Ушёл Бог Сотворённый.
Не один ушёл. Увёл обманом с собой тех, кто убить его пытался.
– Не вышло. – упрямо работают челюсти.
Ему бы умереть, чтобы не надо было глотать это проклятое мясо.
Ему бы умереть, чтобы не думать.
Умереть, тогда, под ударом Семипечатника или раньше, в любой из моментов его жизни, но Он выжил.
Умереть, тогда. Теперь же умирать уже поздно.
Нельзя умирать, когда ты остался один, когда некому закончить твоё дело.
Нельзя умирать.
– Не вышло. – закручивает вверх грязными пальцами ус, который стал попадать в ему рот, Человек. – Но выйдет.