На самом деле причина была более личная – именно стараниями мелких паршивцев, помешанных на взрывчатке, Большеухий отправился в путешествие по Великой Реке.
– Я Отпущенника привёл. – кивнул в сторону стоящей рядом Рабыни орк.
Постовой отложил в сторону кроссворд и карандаш, что явно должно было свидетельствовать о крайней степени его раздражения:
– Ты из меня снорка не делай, не знаю я, думаешь, что все мозги ей паразиты сожрали, а ты решил скинуть ей, как Отпущенника? Отпущенники они в При-Город, на Фермы, просятся, если сами.
Подобное предположение в отношении Тесака могло бы оскорбить его, если бы старый орк не понимал, что многие так и поступают: понимая, что Раб не сегодня, так завтра точно сдохнет, сбрасывают его в Канализацию, дабы не тратить время на утилизацию тела, которая в последнее время сильно подорожала, ведь стала включать в себя также услуги некроманта, который в обязательном порядке выявлял причину смерти с целью выявления несознательных Граждан, балующихся нелицензированными модификациями Рабов или перепродажей ворованных Рабов, или ещё чем таким же незаконным.
– Были паразиты, но мозги у неё в порядке. По статье 151 статье Рабовладельческого Кодекса освободилась.
– За боевые заслуги?.. девка-то?.. слушай, зелёнка, если ты не уберешься отсюда со своей тухлятиной, я ведь Надзирающий вызову.
– Вызывай. Статьи за препятствование изменения статуса и незаконное ограничение свободы передвижения никто не отменял, как никто не отменял наказания за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей.
Вызывать кого бы то ни было у постового пропало, вместо этого он всё же проверил статус приведённой Рабыни.
– Всё равно клеймо Отпущенника некому ставить: начальство у нас тут только ночью бывает.
– Загон. У вас есть загон, как раз на тот случай. – напомнил орк.
– Там сейчас изъятый минотавр с боевыми модификациями, но, если ты настаиваешь… – тонкие губы недо-кобольта расплылись в мерзкой улыбке.
– Настаиваю.
– Тогда распишись тут и тут.
Всего две подписи и, закрыв на ключ свою будку, постовой уводит Отпущенника вниз, в Канализацию, туда где и размещается общий закон для всего изъятого на этом посту.
Её «спасибо» и последнее «Хозяин» служат орку подтверждением того, что сегодня им всё было сделано правильно.
Нет… ещё не всё…
– Передумал? – ехидно осведомился недо-кобольт, который, не смотря на свою работу, не был хорошим физиогномом да и в группировках Сумеречников, похоже, не разбирался, иначе бы давно уже понял, кто перед ним. – Поздняк заднюю включать, но за годик-другой готов скинуть запись того, что с неё минотавр сотворит. Занятное видео получится, уверен.
– Отдашь ей перед тем, как отпускать в Канализацию. – торба брошенная орком в постового, снесла того с ног. – И лучше передай там, кому надо: она из Мародёров.
Что в ответ заверещал недо-кобольт Ардонта уже не интересовало.
Он всё сделал правильно, и теперь намерен был, опрокинув пару-тройку ушатов браги, заглянуть в «Счастливого Хозяина», к старому боевому товарищу, чтобы прикупить у того нового Раба, а то ведь это не порядок – Гражданин и без Раба, за это и оштрафовать могут.
Межреальность. Город. Чарующий Лес. Дядюшкин Садик. 3002 год после Падения Небес.
Старомодный конверт с золотой печатью был доставлен курьером только что.
Тридцать, может быть, тридцать пять лет назад первый конверт с такой же печатью, по идее, должен был неожиданно появиться у одной из сестёр в сумочке, правда, карманник по кличке Кошачьи Лапки оказался не столь ловок, как о нём говорили, за что и получил изрядную трёпку, а после того, как Мэлис-Элис ознакомились с предложенной Ёрмундом работой и получили более чем щедрую оплату, был избит ещё раз, так как работа, предложенная драконом, как раз и заключалась в розыске и наказании того, кто это самое письмо и подбросил.
– Во что в этот раз?
– Давай в любимчика, как в прошлый раз.
В прошлый раз победа осталась за Мэлис, но сестра всё равно предложила туже игру, что и в прошлый раз: победа она ещё ценней, когда одержана там, где недавно тебе было нанесено поражение.