Эльфийка склонила голову. Шиду, знал, что она выберет. Сам бы он при выборе не колебался ни секунды. Беловолосый, пользуясь молчанием эльфийки, повернулся к ученику палача:
– А у тебя, дружок, вообще выбора нет. Печать на тебя ставить пока не буду, но должен же мой проводник-слуга номер один чего-то стоить!
– Но у меня нет магического таланта! – слабо возразил Шиду. Он был в целом не против, поэтому возражение высказал только для порядка.
– У тебя всего лишь нет врожденных данных. Это несколько ограничивает количество доступных тебе путей, не более того, – отмахнулся беловолосый, – было бы желание… а желание выжить всегда является самым сильным стимулом, так что все у нас получится… Короче, ты принят.
Ученику палача, а теперь еще и ученику демона, не понравилось, как это прозвучало. Но вспомнив, сколько уже раз он проходил по самому краю между жизнью и смертью, он лишь пожал плечами. Эльфийка встала, приняв решение:
– Демон, зовущий себя Омегой, я, Айшари из Дома Серпа Ночи, прошу принять меня в ученицы, – она сложила ладони перед грудью и склонилась в почтительном поклоне.
Омега прищурился. Его губы раздвинулись в широкой, нечеловеческой улыбке. Шиду вздрогнул. Человеческими остались только передние зубы, а по бокам от них до самых краев рта блестели клыки, не уступающие тигриным. Демон соскочил с гамака и торжественно протянул руку к Айшари… чтобы отвесить щелбан по темени:
– Принято! А теперь садитесь поудобнее, будем думать, как и чему вас учить.
Эльфийка, потирая голову, уселась прямо на полу, скрестив ноги. Ученик палача последовал ее примеру. Беловолосый занял прежнюю позицию – в гамаке у окна.
– Шиду, касательно твоего обучения все достаточно просто – все, что я говорю, делать не думая и в тот же миг, как услышишь. Понял?
Молодой человек кивнул.
– Встал-упал-отжался!
Шиду подскочил на ноги, выпрямился на долю мгновения, затем упал ничком на выставленные ладони, и один раз согнул и разогнул руки, коснувшись грудью пола.
– Молодец, действительно понял. Заодно слушай, все, что я говорю, и мотай на ус.
– У меня нет усов…
– О боги и демоны… В смысле запоминай и будь готов применить! Так яснее? Отлично, – Омега прервался, чтобы достать новую сигарету, и перевел взгляд на эльфийку. – С тобой, Айша, немного сложнее. Первые два пункта касаются тебя в той же мере, но сначала расскажи, какой магии тебя учили дома.
Девушка потупилась:
– Да, собственно говоря, никакой… Я еще слишком молода по меркам эльфов, только из детских капризов вышла…
– Да… ну хоть какие-то упражнения тебя с силой заставляли делать?
– Да.
– Расскажи о них.
Внимательно выслушав рассказ эльфийки, Омега хмыкнул и вопросительно на нее посмотрел:
– А ты уверена, что рассказала мне все об этих ваших женах Озаряющего?
Шиду вскинулся и недоверчиво посмотрел на девушку. Та удивленно округлила глаза:
– А причем тут это?
– При том, что растили тебя, девочка, как насос магической энергии. Даже нет, божественной энергии. Все упражнения рассчитаны на то, чтобы ты могла поглотить как можно больше силы Манящей, и, практически не мешая ее со своей собственной, передать предмету или другому магу. Ты знаешь всего одну атаку – грубой, несплетенной энергией. И хотя мощь за счет твоей энергетической емкости просто ужасающа, общей примитивности это не отменяет. Да даже если глянуть на твою ауру, можно заметить каналы, по которым течет сила Госпожи Ночи. И они очень хорошо проложены, практически выделены в отдельное целое от твоей ауры. Как есть, насос!
Эльфийка была шокирована. С такой стороны на развитие своего дара она ни разу не смотрела. Демон же продолжал:
– Я не знаю, какой идиот может посчитать это правильным развитием способности. Значит, это делалось с конкретной целью. А поскольку тебя как раз собирались отдать в жены Озаряющего, значит, это как раз для них. Чего о них я не знаю? Зачем им столько божественной силы, ведь там все такие же как ты?
Эльфийка помолчала, обираясь с мыслями. Омега чувствовал ложь, в этом она уже убедилась. Но сказать всю правду ей было невероятно сложно – много и много раз ей вбивали в голову, что говорить о Супружестве никому и никогда нельзя. Вздохнув, она начала: