Александр Животич – «Балканский фронт» холодной войны: СССР и югославско-албанские отношения. 1945-1968 гг. (страница 2)

Установление прямых контактов между советским и албанским партийным руководством летом 1947 г. знаменовало усиление советского влияния на Албанию и пропорциональное ослабление югославского присутствия. Кризис югославско-албанских политических, военных и экономических отношений наложил отпечаток и на комплекс проблем, ставших причиной конфликта, разразившегося между Югославией и СССР летом 1948 г., обострившего традиционные, но в те годы латентные, югославско-албанские противоречия. Каким же образом советское влияние на Албанию пришло на смену югославскому? Как это сказалось на югославско-албанских отношениях? Преследовала ли Югославия свои интересы в Албании, вмешиваясь в ход гражданской войны в Греции? Где проходила граница между помощью Албании со стороны Югославии и естественным стремлением последней к гегемонии в отношении соседнего государства? Каковы причины югославско-албанского конфликта и как они накапливались на всем протяжении времени, пока существовал их союз? На эти вопросы мы хотим дать ответ в этой книге.

Годы конфликта Югославии со сплотившимися вокруг Советского Союза странами были отмечены постоянной напряженностью на границе, политическими столкновениями, взаимными обвинениями, югославским сближением с Западом, разрывом регулярных дипломатических связей с Тираной и ее новыми попытками поставить вопрос о положении албанского меньшинства в Югославии. В связи с этим следует разобраться в еще одной группе вопросов: как же югославско-албанский конфликт вышел из тени; стала ли роль СССР в ослаблении и полном развале югославско-албанского союза первых послевоенных лет решающей; какова роль Албании в югославско-советском конфликте; насколько она значима; как связан конфликт между двумя государствами с попыткой поднять вопрос о положении албанского меньшинства в Югославии; как новые союзники Белграда на Балканах — Турция и особенно Греция — оценивали место и роль Албании в возможном глобальном конфликте Запада с СССР и его союзниками; как албанское государственное и партийное руководство относилось к сближению Югославии с Западом?

Уровень югославско-албанских отношений не изменился вследствие югославско-советской нормализации, наступившей после 1955 г. Усилия по сближению двух балканских государств оказались безрезультатными. Венгерская революция 1956 г. и последовавший второй югославско-советский конфликт углубили пропасть между Югославией и Албанией. В связи с этим появляется еще одна группа вопросов: почему провалились попытки нормализации двусторонних отношений между Белградом и Тираной; как Албания оценивала вектор нормализации отношений между Югославией и социалистическим лагерем во главе с Советским Союзом; влияли ли попытки югославско-албанского сближения на интенсивность эскалации албанского вопроса в Югославии в новых условиях; опасалась ли Тирана возвращения и наращивания югославского присутствия в своей стране в контексте улучшения албанско-советских отношений; была ли готова албанская партийная элита приспосабливаться к политическим изменениям в СССР?

Постепенное отдаление Югославии от обеих сверхдержав и военно-политических союзов, а также ее неспешное сближение со странами третьего мира, с одной стороны, и упорная приверженность албанского руководства закостеневшим идеологическим догмам, с другой, предопределили дальнейшее взаимное отдаление, возникновение новых идеологических, политических, межэтнических противоречий и, в частности, очередное обострение албанского вопроса в Югославии. Повторная советско-югославская нормализация совпала с советско-албанским конфликтом, расхождением между СССР и Китаем и, как следствие, сближением КНР с НРА. Установление близких связей между Пекином и Тираной знаменовало начало нового этапа югославско-албанских отношений, который характеризовался обострением межгосударственного и межпартийного противостояния, а также прекращением советского политического, экономического и военного присутствия в Албании, что не только открыло следующую главу в югославско-албанских отношениях, но и обусловило иной расклад сил на Балканском полуострове и в рамках коммунистического лагеря. И перед историком снова встают важные вопросы: каково значение югославского фактора в формировании албанского внешнеполитического курса; опасалось ли албанское руководство усиления роли Югославии в регионе; в чем причины ухудшения двусторонних отношений; усугубил ли второй югославско-советский конфликт негативное отношение албанских коммунистов к Югославии; в какой мере отрицательное отношение руководства КПК к югославскому внешнеполитическому курсу повлияло на ухудшение югославско-албанских отношений?