Первая такая жила связана со стремлением заниматься магией. С самого детства у меня сидело некое ощущение в голове, которое мне говорило – «стань магом». Это стремление я могу проследить с шести лет. Оно не прерывалось никогда, а со временем только усиливалось. И сейчас я могу с уверенностью сказать, что это стремление определило всю мою жизнь. Вокруг него я ее выстроил.
Стремление заниматься магией обладало крайне высокой значимостью. Все остальное я рассматривал как некое вторичное дело. Как бы все остальные занятия были неважны и не имели смысла. Я сейчас описываю некое ощущение. Вот это ощущение было неосознанным. Я его специально никогда не создавал. Просто оно было с детства и стало определяющим. На тот момент я не понимал, с чем оно связано и откуда оно идет, а просто руководствовался им. Оно определяло сферу моих интересов, то, что мне хотелось читать, изучать, о чем хотелось думать и говорить и чем заниматься. Оно не имело какой-то четкой формы, а было абстрактно. Форма возникла, когда в возрасте тринадцати лет (это был 2002 год) я попал на сайт школы «Атлантида». Это был далеко не первый магический сайт или литература, которую к тому моменту я уже прочитал. Тогда я уже был знаком и с Кастанедой, и с Ледбитером, и с разными магическими форумами, и всякой околомагической литературой. И даже пробовал делать какие-то упражнения. Но именно школа «Атлантида» и ее основатель Борис Моисеевич (который впоследствии стал моим учителем) сделали мое абстрактное стремление «стать магом» чем-то конкретным.
Сейчас я могу сказать о том, что произошел некий резонанс, и информация из правого полушария провзаимодействовала с моделью школы «Атлантида». Совпадение было крайне высоким, и меня включило в эту модель. Мое мировоззрение стало выстраиваться на базе этого включения. И только спустя пятнадцать лет я смогу начать учиться в этой школе. Все это время стремление стать магом росло, и я всегда считал его основной задачей, которую мне нужно решать в жизни. Но у меня было понимание, что я еще не совсем готов, что мне нужно сформировать некую основу для решения этой задачи. Т. е. была как бы некая подзадача, которую нужно было решить, чтобы стать магом. Нужно было создать некие социальные условия, как я тогда это понимал. На самом деле сейчас я могу с уверенностью сказать, что мне нужно было «дозреть» как личность для этой работы.
Калиостро вводил запрет на обучение магии до двадцати семи лет. Каббалисты вводят запрет до сорока восьми лет. На Востоке я тоже встречал какие-то запреты, связанные с возрастом. И эти запреты не лишены смысла. Чтобы заниматься магией, должно быть стабильное и плотное сознание. Ощущения своей гениальности и избранности недостаточно. И это сознание нужно сформировать перед тем, как идти в магию. Что на тот момент я, конечно, не мог понять. Но интуитивно я знал, что нужно подготовить ситуацию для этой работы. И я опирался на это интуитивное ощущение. Впрочем, думая об одном, я решал как раз именно то, что было нужно, хоть и не понимал этого.
Принцип ограниченной компетенции
Маги называют это принципом ограниченной компетенции. Оно говорят о том, что мы не можем понять суть того, к чему все идет, а можем лишь видеть эту суть с определенной «высоты». И чем выше мы поднимаемся, тем больше видим. Но мы никогда не видим весь замысел. А лишь его часть, доступную нам исходя из точки, на которой мы стоим. Так, поднимаясь все выше на гору, масштаб становится больше. Но находясь у подножия горы можно не увидеть того, что видно сверху.
Человек решает какие-то задачи исходя из той мотивации, которая ему доступна. Ребенок учится считать, чтобы получить велосипед, а не для того, чтобы стать успешным бизнесменом и обеспечить себе богатую и благополучную жизнь. А бизнесмен обеспечивает себе благополучную жизнь не для того, чтобы поддерживать жизнь в социуме, вращать некую систему кровообращения в нем. Если человеку давать мотивацию, которая ему недоступна, она просто не будет работать. Но дойдя до какой-то точки, изменившись, возникает другой взгляд и уже новая мотивация.