– Надо проверить… возможно у этого есть владельцы или хоть какая-то история…
Я почувствовала прилив надежды; возможно этот кулон станет ключом к разгадке всей этой трагедии. Но потом во мне снова вспыхнула ненависть к Марии: могла ли она оставить этот кулон здесь? Может быть она была ближе к нему больше чем я могла представить!
– Мы должны поговорить с ней! – сказала я решительно.
Игорь нахмурился:
– Не спешите с выводами; нам нужно больше информации перед тем как действовать…
Но я уже была готова идти за своей интуицией; казалось лишь одно могло быть правдой: Мария знала больше чем говорила!
Мы покинули заброшенный парк; мои мысли были переполнены образами прошлого: счастье всего лишь мгновение назад превратилось в кошмар настоящего момента.
Внезапно меня охватила волна сожаления: если бы только я могла вернуть те часы счастья обратно! Но сейчас у меня была единственная цель – узнать правду о смерти любимого человека.
На следующий день мы встретились с Марией в кафе на окраине города; атмосфера здесь была напряженной – свет приглушённый, а музыка звучала так тихо, что казалось каждый звук слышен лишь нам двоим.
Мария уже ждала нас за столиком у окна; её уверенность казалась незыблемой – она смотрела на нас своими ледяными глазами.
– Ну как вы поживаете? – спросила она с легкой улыбкой на губах.
Я невольно напряглась; внутри меня бушевали эмоции – ненависть смешивалась со страхом открыть свои чувства.
– У нас есть несколько вопросов… – начал Игорь спокойно, но я знала: его голос скрывает под собой бурю эмоций так же как мой собственный внутренний мир боролся с реальностью.
Мария приподняла брови:
– О чем речь?
Я сделала глубокий вдох:
– Ты знала его лучше всех… Знала ли ты что-то о том дне? О том что произошло?
Её выражение лица изменилось мгновенно – уверенность сменилась недоумением:
– Что вы имеете в виду?
Соперница
Мария приподняла брови, и в её глазах засветился холодный блеск, как будто она подмигнула мне из бездны. Я чувствовала, как воздух вокруг нас становится плотнее, а реальность – более зыбкой. Внутри меня всё бурлило: ненависть к ней, страх того, что я могла бы узнать о смерти моего любимого, и желание сдержать слёзы. Игорь смотрел на нас с безразличием профессионала, но я знала, что даже он может быть уязвим.
– Ты знала его лучше всех… Знала ли ты что-то о том дне? О том что произошло? – задала я свой вопрос с надеждой на ответ.
Её уверенность рассеялась, и на мгновение я увидела настоящую Марии Петрову – ту, которая скрывается за маской манипулятора. Она присела чуть ближе к столу, её губы искривились в некой усмешке.
– Что вы имеете в виду? – произнесла она так тихо, что казалось, это было только для меня.
Я почувствовала себя хищником в ловушке; мой взгляд не отрывался от её лица. Я хотела бы взять её за плечи и встряхнуть, заставить сказать правду о том роковом дне. Но вместо этого я просто сидела и ждала.
Игорь снова заговорил:
– Мы выяснили некоторые детали. Некоторые свидетели видели вас вместе с ним незадолго до трагедии.
Она фыркнула:
– Свидетели? Да кто угодно мог вас обмануть! Это вы пытаетесь сделать из меня преступницу?
Я не могла больше молчать: