– Я предлагаю сотрудничество,– продолжила она.– У нас одна цель: остановить потенциальную катастрофу прежде чем она произойдет.
Джонатан внимательно смотрел ей в глаза; искра взаимопонимания пробежала между ними как молния через разряженное небо Холодной войны.
– Хорошо,– согласился он.– Давайте начнем с того места… где мы можем найти Шульце сейчас?
***
Фридрих бродил по улицам города, стараясь слиться с толпой прохожих – простых людей со своими заботами и надеждами. Он знал: именно они будут страдать от последствий его работы больше всего.
Внезапно ему стало страшно; страх заполнил собой разум так сильно, что даже холодный ветер казался теплом по сравнению с давлением мысли о том, что он создал не просто устройство… а оружие массового уничтожения.
Его шаги привели к небольшому парку с заснеженными аллеями; здесь можно было сделать глубокий вдох свободы вдали от серых стен лаборатории. Но чувство безопасности было иллюзорным; он знал об охоте на себя со стороны КГБ и ЦРУ одновременно.
И тут же раздались шаги позади него; кто-то следовал за ним слишком долго для обычного прохожего…
Первый контакт
Фридрих ускорил шаг, ощущая, как сердце стучит в унисон с биением шагов позади. Улицы Нью-Йорка были переполнены людьми, но каждый из них мог оказаться агентом, готовым схватить его в любую минуту. Он знал, что за ним следят; информация о его местонахождении достигла КГБ и ЦРУ одновременно. Это было не просто похищение – это был вопрос о том, кто сможет заполучить его изобретение первым.
Он свернул в маленький парк с заснеженными аллеями, стремясь укрыться от взгляда преследователя под покровом деревьев. Фридрих глубоко inhalировал морозный воздух, который казался почти терпким на фоне страха. В этой тишине он попытался сосредоточиться на своих мыслях: его устройство могло стать оружием массового уничтожения, и это знание давило на него тяжелым бременем ответственности.
Шаги за спиной усилились. Взгляд Фридриха метнулся через плечо. На краю парка он заметил силуэт человека в длинном пальто – фигура была статной и уверенной. Судя по тому, как тот двигался, это явно не был обычный прохожий. Это был тот самый агент, которого он так боялся.
– Фридрих! – раздался голос. Он узнал его сразу – это был Джонатан Браун, харизматичный агент ЦРУ. Умело маневрируя между деревьями, он приближался к ученому с решимостью хищника.
Фридрих замер на месте. Его разум забурлил мыслями о том, как выбраться из этой ситуации живым. Если Браун получит доступ к его разработкам… Нет, этого допустить нельзя.
– Я знаю, что ты здесь! – продолжал Браун, его голос звучал настойчиво и уверенно.
Фридрих развернулся и бросился бежать по скользкой дорожке парка, стремясь вырваться из лап неизбежности. Каждый шаг давался ему с трудом; ноги словно налились свинцом от напряжения и страха.
– Стой! – крикнул Браун за спиной.
Фридрих не собирался останавливаться; в его голове мелькали образы лаборатории и тех ужасов, которые она могла породить в неправильных руках.
Тем временем Анна Петрова сидела в своем темном углу кафе неподалеку от парка. Она наблюдала за происходящим сквозь запотевшее стекло. Сердце колотилось в груди от понимания того, что сейчас решается судьба многого: не только Шульце и его работы, но и всей страны.
Ей предстояло сделать выбор: вмешаться или остаться в тени? Она знала о намерениях ЦРУ и о том давлении со стороны своего руководства – ожидания были высоки. Но мысль о том, что Шульце может попасть в руки врага, вызывала у нее внутренний протест.
Анна вскочила со своего места и быстро направилась к выходу. Ей нужно было успеть до того момента, как Браун поймает Шульце; она чувствовала эту необходимость всем нутром.
Фридрих проскочил мимо группы людей и оказался на более оживленной улице. Он перевел дух; вокруг него царила атмосфера безмятежности – люди смеялись, обсуждали новости или просто наслаждались моментом жизни. Но для него этот мир стал чужим и угрюмым.
На мгновение ему показалось даже странным: как будто светлые лица этих людей ничего не знали о той опасности, что нависла над ними благодаря его работе. Они просто жили своей жизнью – а он бежал от своей собственной судьбы.