Алена Даркина – Дары Всевышнего (страница 23)

– Нет, – так же холодно ответила девушка, но тут же спохватилась. – Извините, ваше высочество. Новость оказалась для меня несколько шокирующей. Я исправлюсь.

И снова похвалила себя: вот как ответила, и голос не дрогнул, и глаз не отвела. Будто держит себя в руках. Будто не ушла только что земля из-под ног.

Принцесса недовольно поджала губы.

– Я надеюсь, ты всё же найдешь в себе силы исполнять обязанности фрейлины.

Илкер еле заметно кивнула:

– Я буду стараться.

Всё это время она, не отрываясь смотрела в глаза ее высочеству. И та не выдержала, опустила взгляд, спрятавшись за пушистыми темными ресницами. Впервые Илкер обратила внимание, что она не подкрашивает их, они от природы темные и густые – очень необычно для блондинки. Она не сводила глаз с Эолин. Та бросила на фрейлину быстрый взгляд и отвернулась. Потом произнесла капризно:

– Знаешь, если уж ты так шокирована, можешь пока пойти к себе. Присоединишься ко мне попозже, когда придешь в себя.

– Благодарю, ваше высочество, – Илкер присела в реверансе, развернулась и спокойно вышла. Она очень надеялась, что спокойно. Что это не было похоже на побег. Что она прошла это испытание и сохранила самообладание до конца.

Лишь у себя в комнате она упала в кресло и замерла. Горничные о чем-то перешептывались, глядя на нее, но не было сил реагировать на это. Всё стало как-то безразлично. К ней робко подошла Пайлун:

– Вам что-нибудь принести? Может быть, чаю?

Илкер подняла на нее взгляд, но смотрела будто сквозь нее.

– Благодарю, ничего не нужно. Я хочу побыть одна.

Опять этот ровный спокойный тон. Ух, как здорово получается!

Горничные притихли и скрылись в своих комнатах. Теперь можно спокойно обдумать всё, что произошло.

В зале Славы принцесса разыграла спектакль. Королевская семья по какой-то причине перестала скрывать истинный статус «лесника». Это было бестактно и несколько унизительно, но лучше так, чем еще долгое время выглядеть дурочкой в глазах всех.

А что было до этого? С момента их первой встречи?

…Он вышел на дорогу, снял шляпу, посмотрел на нее с ожиданием.

– Недавно служишь во дворце? – недоумение на лице сменяется легкой улыбкой.

Принц явно удивлен, что она его не узнала, поэтому и спросил, сколько она во дворце. Ей тогда показалось, что очень невпопад.

– Ты так разговариваешь с принцессой, будто и не слуга вовсе.

Смущается.

– Меня иногда заносит. Выросли вместе.

Лукавит. Не хочет, чтобы она узнала правду. Замыслил сделать ее любовницей, как все и предполагали?

– С чего ты вдруг заинтересовалась принцем? – сухо, отстраненно.

Ей тогда показалось, что он ревнует. А на самом деле… Переживал, что ее интересует только выгодное замужество? Очень вероятно.

Горячий поцелуй тыльной стороны ладони.

– На правах аристократа.

Но это всего лишь поцелуй руки. Никто бы не увидел ничего предосудительного. Никакого поползновения с его стороны, хотя она и почувствовала, что это не просто поцелуй. И он почувствовал, что нарушил какие-то границы, потому что после этого исчез на неделю.

– Когда заходишь в душную комнату, – говорит медленно, будто по тонкому льду идет, – хочется сразу открыть окно. Вот ты для меня такое окно. В мир, где каждый говорит то, что думает, и делает то, что нравится, не запрещая никому быть иным.