– Извините, – сказал «Тесей». – Я думал, ванная никому не нужна, – и, поскольку Леся всё так же с довольной ухмылкой его рассматривала, закинул на шею полотенце и попросил: – Разрешите, я пройду.
Девушка прислонилась к косяку и, когда он торопливо вышел, весело хмыкнула в безупречно красивую спину:
– Хам!
Она ругалась не всерьез. Но любой нормальный парень, если девушка им восхищается, хотя бы вежливо поулыбался. А с такой холодной вежливостью ведут себя либо какие-нибудь принцы из первой десятки в очереди на престол, либо мужчины, изнемогшие от внимания женщин (как в том анекдоте про станки, только наоборот11). И тех и других Леся недолюбливала. А тут вот довелось нос к носу столкнуться. Да, она худа и первой красавицей ее не назовешь, но это же не повод делать вид, точно ее вообще нет!
Ванную за собой Лекс оставил в идеальном порядке, и Олеся простила ему половину прегрешений. Она ненавидела мыть посуду и убирать грязь за чужими.
Когда она, уже одетая, спустилась в кухню, там сидел Лекс. Он дохлебал вчерашний борщ в два глотка, вымыл за собой посуду – вот же умничка! – и быстренько слинял.
– Определенно хам! – снова хихикнула Леся, но на этот раз тише.
…Экзамен она сдала быстро. Запыхавшись, влетела в аудиторию, где сидели последние из ее группы, подмигнула Наталье, схватила билет и почти сразу пошла отвечать. Оттарабанила всё о сестричках-душечках Бронте. Что, вот Шарлотта – да, неплохо, реализм с элементами романтизма, а Эмили – чистый романтизм, и никуда не годится, положа руку на сердце. После того как грозный Виталий Борисович, завкафедрой, вбил им эти определения так крепко, что они во сне ей снились, анализ произведения большого труда не составлял. Дело было за малым – прочитать. Она прочла. Второй вопрос она знала хуже, но остатки лекций застряли в голове, так что, поплавав немного, она все-таки выложила достаточно. И молоденький преподаватель с трогательной фамилией Млечко, очарованный первым вопросом, поставил ей таки пять. За оценками Леся особо не гналась, но повышенную стипендию получать было приятно. Особенно когда для этого не требовалась часами загибаться над учебниками. Она подождала Наталью – та заработала четверку. Кратко поведав ей о новом постояльце и забавном столкновении, она отдала конспекты по русской литературе, и они расстались – подруге надо было переписывать целые тома к экзамену.
С Натальей они подружились на первом курсе и теперь расставались только на время сессии. Вот если бы она со Светкой поделилась этим происшествием, непременно началось бы что-то вроде: «А можно адресок?» или «Ты, Леська, не теряйся, таких парней надо сразу арканить. Замуж не выйдешь, так хоть развлечешься, не каждый же день такие красавчики у тебя жить будут». А Наташка только посмеялась: «Эту сцену можно использовать в твоем романе. Помнишь, где у тебя мужик непонятно откуда в родной город возвращается и ищет комнату снять, а то даже переночевать негде».
Да-да, Леся именно в этом романе и хотела описать эту встречу. Глядишь, когда-нибудь и роман допишет. Вот придет домой обязательно набросает еще один эпизодик в копилку. Так, потихонечку и наберет материал… Пока у нее из завершенного лишь несколько коротких рассказов.
На кухне она снова застала постояльца. Родители сегодня собирались в гости к тете Гале, а Павел куда-то смылся. «Все ушли и одного дома заперли его… Бедный, бедный Лешик». При виде Леси он дернулся, явно хотел остатки пищи выкинуть и мчаться в мансарду, но она остановила парня:
– Алексей, вы что от меня прячетесь? Я вас так пугаю? Ешьте спокойно, я не буду вам мешать. Обещаю не смотреть на вас.
Он задумался на миг и продолжил обед. Леся пристроила сумку на подоконник, включила телевизор и демонстративно уставилась на экран, сев боком к гостю. Показывали новости, и поэтому девушка лукавила: нет-нет да и бросала взгляд на Алексея. Он ел быстро, почти не жуя. Когда парень подошел к раковине, Олеся не выдержала.
– А вы что, отцовскую одежду носите? Или старшего брата?
Он даже не глянул в ее сторону, ответил, словно точно знал, чт