16 июня, около восьми утра, лагерь в лесу
Завтракали люди за одним столом с Каоном, Асуэлом, Торастом и Утом, расстелив серое, грубо тканое покрывало на земле в центре лагеря.
С одной стороны им оказали большой почет – завтракают с предводителями воинства. С другой – шансы сбежать минимальные. Другие существа расселись рядом и тоже готовили пищу. У урукхаев этим занимались женщины. Они были такими же воинами в отряде, как и мужчины и наравне с ними переносили тяготы службы и тяжесть боев. К тому же легко справлялись с необходимостью накормить ораву голодных воинов. Они жарили несколько тушек на вертеле. Из уважения к эльфам сели с подветренной стороны, чтобы их не стошнило от запаха жженой плоти.
А вот Влад бы с удовольствием понюхал дымок. И поел бы с удовольствием. Такое приготовление дичи он видел в кино. Всегда казалось, что должно быть очень вкусно. Ут подобрался с боку. Витиевато осведомился, что они едят. Известие о том, что они всеядны, могут подкрепиться и растительной пищей и мясом, и, на худой конец, куском хлеба, его не обрадовало. Он скептически поджал губы. Может, это они посчитали подозрительным?
Из отряда двуногих ушли два урукхая и эльф – наверно, на стражу. Вольфы тоже исчезли в лесу. Из всей стаи только Свирепый расположился неподалеку, все так же положив голову на лапы. За столом людям рассказывали о порядках в военном отряде. Объяснял в основном Каон, роняя слова небрежно, будто по необходимости. Ут иногда считал необходимым уточнить или прояснить что-то.
– Сегодня тридцать пятое Дождливого месяца. Мы пришли вчера. Значит, наша стража закончится тридцать четвертого Синего месяца. Тогда и отправимся прямиком к Орману, – объяснял им рикмас, положив в рот небольшой кусочек лепешки с медом. Влад ожидал, что он будет есть, по меньшей мере, жуков с бабочками. Ан нет, вкусы совпали со вкусами хоббита.
Асуэл сидел вполоборота. Разнообразные браслеты (из железа, серебра и золота с камушками) посверкивали на солнце. Особенно внимание Влада привлекли два из чего-то похожего на алый драгоценный камень. Выше локтей руки по плечи покрывали узоры из татуировок. Не такие, что Влад встречал у зэков, а изящные узоры: сплетения лозы и тонких листьев. Иногда казалось, что растения на рисунке колышатся и меняют положение.
Эльф старателся не поворачиваться к Торасту, который увлеченно грыз жареную мясную вырезку. Он самозабвенно впивался клыками, а после оттягивал от себя кусок. Мясо рвалось длинными полосами, которые урукхай тут же с чавканьем проглатывал. Каон пристально разглядывал людей.
– А с кем-нибудь нельзя нас отправить? – несмотря на то, что последние известия навевали тревожные размышления, аппетит у Влада не пропал. Положив на лепешку кусок жареного мяса, он с удовольствием уминал угощение.
– Не с кем вас отправлять, – Каон пристально всматривался в мента. Речь его и теперь сопровождалась шипением, а при взгляде на раздвоенный язык Влад вздрагивал, но брал себя в руки, чтобы Каон не заметил. – Для этого надо не меньше пяти воинов. А мы с кем останемся? У нас небольшой отряд.
– Мы же обещали не убегать, – Влад выдержал синий взгляд ящера. Почему-то казалось, что он главный. – Одного проводника дайте – нам хватит. Тот насмешливо скривил губы:
– В армии Ормана не найти сумасшедшего, который согласиться отправиться с вами в одиночку. Во Флелане, чем больше существ отправляется в путешествие, тем больше шансов у отряда добраться до места. Так что меньше пяти воинов с вами отправлять нельзя. Но нам тоже надо быть готовыми встретить сильного врага, – Каон недобро повел хвостом из стороны в сторону.
– Вы не должны беспокоиться, – увещевал Ут Влада. – В спокойной воде озера можно увидеть дно, но в бурной горной реке этого сделать невозможно. Беспокойство и суета мешают нам четко понимать, как правильно поступить и каковы будут последствия. Будьте терпеливы – Синий месяц пролетит так быстро, что вы не заметите. Будьте нашими гостями. Орман самый могущественный маг во Флелане. Я думаю, он обязательно поможет, когда вы явитесь к нему.
Серый отложил последнюю обглоданную косточку, с тоской взглянул на вертел («Скоро будет готово?» – читалось в его взгляде), вытер ладони о холщовое покрывало, заменявшее скатерть, и откинулся на траву. До появления следующей порции он решил поучаствовать в разговоре: