Серый не веря, застыл, открыв рот, в паре метров от происходящего. На миг рисунок осветился искрами, словно розетку закоротило.
Сергей с трудом подавил желание потрогать место, где исчез последний палец.
– Пацаны ни за что не поверят, – промямлил он дрожащим голосом и пригладил русые волосы.
Под ногами, среди осколков стекла и мятой бумаги валялись теперь безопасные для него наручники. Рядом сиротливо лежала серая форменная кепка.
15 июня, 20.52, ????
Когда по глазам ударила слепящая темнота, Влад взмахнул рукой и вцепился в доски. Пальцы впились так, что он смог удержать свой вес, но его тянуло настолько мощно, что он испугался: пальцы отломятся с хрустом.
Влад поднатужился изо всех сил, но продержался так недолго. Кто-то словно осторожно отогнул пальцы, и непонятная сила понесла его, как лист по ветру. Повсюду кружил серо-черный ветер, пронзительно свистящий прямо в уши. Его то подбрасывало вверх, то швыряло вниз, дыхание перехватывало, как бывает на самолете, когда попадаешь в воздушную яму. Наконец его вывалило куда-то, как пакет из мусоропровода. Удар – его протащило лицом по земле, на зубах противно заскрипело. Когда скольжение прекратилось, он со стоном поднялся. Отвернувшись от бьющего в лицо солнца, ощупал лицо, вынул из кармана носовой платок и промокнул его – кажется, серьезно ничего не повредил. Проверил языком зубы – тоже целы. Можно считать приземление прошло удачно.
После этого он огляделся. От подворотни не осталось и следа и темные силуэты вокруг – это не люди. Он стоял на поляне, поросшей короткой, словно на стриженом газоне, травой. А вокруг густые заросли дубов, осин и еще каких-то незнакомых деревьев. То ли от волнения, то ли от быстрой смены городского смога на чистый лесной воздух, сердце забилось как отбойный молоток, а голова закружилась. Нельзя современному человеку вот так в лес, с бухты-барахты – можно и умереть с непривычки. Ладони сами собой потянулись протереть глаза: говорят, помогает от галлюцинаций, но он тут же опустил их. Отчаянно захотелось себя ущипнуть, но и этого делать не стал. Что-то подсказывало: все это реальность. Вернее, он точно знал, что подсказывала интуиция мента, которая всегда предупреждала, в какой подворотне ожидают неприятности. Ни разу она его еще не подвела, поэтому интуиции Влад поверил. И что в таком случае делать?
Для начала следовало осмотреться. Первое, отчего ёкнуло сердце – странное положение солнца. Здесь оно висело над горизонтом гораздо выше, чем в Волгограде, откуда он «прилетел». Казалось, сейчас около шести вечера. Неужели он миновал несколько часовых поясов? Влад достал рацию. Она молчала – что и требовалось доказать.
«Итак, это не галлюцинация. Может… Нет, классическое «мне это снится», отбросим сразу. Во сне не бывает такой резкости в деталях, такой четкости… Чтобы можно было траву сорвать, в руках растереть… Какие еще версии остаются? Бермудский треугольник, инопланетяне, другое измерение. Или я в коме от удара по башке и путешествую по иным мирам… Как индеец майя!» – он любил читать книги, как-то прочел пару фантастических романов, помнил, что путешествовали по мирам герои весело и интересно. Теперь стало несмешно. И интерес быстро угас. Ощутимо, до слез, захотелось домой. В баню такие приключения.
Он снял с пояса дубинку, напряженно согнул ее несколько раз, затем повесил обратно на пояс и вытащил из кобуры пистолет. С легким щелчком убрал предохранитель. Поставил обратно. Сел на землю возле дерева, что росло поближе, и попытался сосредоточиться. Итак, что будем делать?
Хороших идей не приходило. Он потер виски. Остро почувствовал, что чего-то не хватает. Ах, да! Форменная кепка где-то потерялась: то ли когда падал у забора, то ли когда летел непонятно где. Он потеребил короткий ежик волос. «Так. Надо успокоиться. Взять себя в руки. Что следует сделать в первую очередь? Узнать, как я сюда попал. Хотя бы приблизительно».
Последнее что он помнил о Волгограде, это как он облокотился о забор. А на заборе очень четко мелом нарисована дверь. «Дверь? Что скажете, напарник? – обратился он к воображаемому собеседнику. – Невозможно? Так и перенестись мгновенно из переулка в лес, тоже невозможно. Принципиально».