– Не парься. Все нормально. Ут пожал плечами и тоже устроился у стены.
– Так ты говоришь, – обратился Асуэл к Лютому, – что Красные шапки гуляют по горам? Непонятно. Тридцать пятого Дождливого все боятся и нос высунуть. Тораст прорычал несколько слов и покрутил пальцем у виска.
– Красные Шапки, они прибитые, – перевел Ут. – У них навязчивая идея, пойти и всех захватить. И вождя себе какого-то вечно придумывают, что со всеми договориться.
Двери приоткрылись, впуская двух вольфов. Урукхай тут же с силой захлопнул створки и заложил дверь огромным засовом. Серый еще раз поразился его силе. Они бы, наверно, и вдвоем с Владом такой засов не подняли.
– Мы тут со Звонким по камням поползали, – доложил Ловкий – вольф, который вез Ута. – Вокруг нас около полусотни Красных Шапок. Понять их сложно, но, кажется, все болтают о каком-то вожде, который поведет их на Зэп. Он вроде договорился с Теми, кто живет в свете Ока, и победа за ними.
Тораст вскинул морду вверх и душераздирающе заскрежетал. Серого пробило морозом от этих диких звуков. Если бы он до этого уже не слышал, как урукхай смеется, он бы решил, что Торасту как минимум шкуру живьем снимают. Эльф и хоббит тоже усмехнулись. Ловкий со Звонким уставились на них непонимающе. Тораст замахал рукой. Несколько раз хлопнул по колену.
– Га с молту, – и захохотал
– Я же говорил, – с усмешкой перевел Ут.
На этот раз засмеялись все, и даже Серый, Ловкий и Звонкий неуверенно улыбнулись за компанию, оголив желтые клыки.
– А Шапки эти, на каком языке говорят? – когда все отсмеялись, поинтересовался Сергей.
– Когда-то, говорили по-хоббитски. Потом переняли вольфий, но язык их сильно искажен. Так отдельные слова понять можно, – с готовностью объяснил хоббит.
Серый отвернулся от справочного хоббита и тут обратил внимание, что закат как-то странно изменился – словно в багряную краску густо налили синьки. Разводы местами получились красивые, а местами, содрогание брало от такого чудовищного сочетания. Серый подобрался к проему и выглянул наружу. Там, где еще минуту назад опускалось солнце, небо наливалось синевой, словно откуда-то из-за горизонта выползало все больше насыщенного синего цвета масляной краски, густого как сметана. Над горизонтом появился краешек темного диска.
Серый почувствовал, как его отпихивают в сторону. Он уперся, и Звонкому пришлось делить с ним окно. Вольф высунул наружу нос.
– Око всходит, – встревожился он. – Не задерживайся у окна. Нам надо стать незаметными. Иначе не выживем.
В четыре глаза они всматривались в убегающие каменные ступени и расстилающуюся далеко внизу равнину.
– Нам завтра туда? – осведомился Серый.
– Туда, – подвтердил вольф.
Постепенно темно-синий диск выполз на небосвод. Небо к этому времени полностью окрасилось в ядовитую синеву. Масляная краска залила звезды – свет Ока затмил их.
Диск напоминал огромный глаз. В его темно-синем центре находилось черное пятно, похожее на зрачок. Глаз смотрел налево от башни.
Равнина горела синевой, но густой цвет перекрывался тенями горных пиков. Между этими темными полосками синева концентрировалась, и наливалась жизнью.
– Смотри, – недоумевал Серый, – что это там шевелится?
– Те, кто живет в свете Ока, – откликнулся вольф.
Синий свет пульсировал и лился словно вода. Чем ярче становилась синева, тем тише становилось. Умолкли птицы. Вскрикнуло и тотчас утихло какое-то животное. Деревья не шелестели листьями. Лишь камни все еще сыпались сверху. То и дело слышался злобный писк. Наверное, так разговаривали Красные Шапки.
Между тенями что-то мелькнуло. Быстро, словно рыбка в потоке. Затем еще одна тень, еще.
Проявившись словно из ниоткуда, в лучах Синего Ока плыло нечто живое. И уже не одно. Они напоминали собой спутанный ком шевелящихся волос. Локоны медленно плыли по воздуху. Полупрозрачные, они растекались по воздуху, словно бензиновые струи в воде.
Существа расплывались по равнине и близлежащим горам, купаясь в синих лучах, но тщательно избегая теней, в синем свете казавшихся угольными.
За окном зазвучало испуганное блеяние. Сергей метнулся взглядом в поисках источника звука. По ступеням к башне неслись два горных козла. Тот, что скакал последним, прокричал. Рядом свистнул камень, но не попал. Наверху пронзительно засмеялись. Первый козел заскочил в ближайшую тень и замер там. Второй дернулся за ним, но не успел. Метнулись полупрозрачные щупальца и мигом оплели его. Существо, с бившейся в объятиях жертвой, пронеслось у окна и будто в медленном танце поплыло над равниной.